Онигири переключил визор на тепловой канал. Ничего. Сплошная синева холода. Машина остыла в пещере, маскировка перезагрузилась. Теперь термослед бронемобиля тонул в общем морозном фоне, невидимый для датчиков.
— Приём, приём! — Онигири почти кричал в микрофон, заглушая свист ветра. — Цель уходит вниз, на северо-запад! На автомобиле оптическая маскировка, но мы повредили её!
Майор ответил после паузы:
— Видим. Спутники фиксируют подвижную аномалию с нарушенной маскировкой. Две группы уже идут на перехват. Ещё один отряд будет у вас через полторы минуты для эвакуации. Ваша часть операции завершена. Конец связи.
Онигири опустил оружие, чувствуя, как адреналин начинает отливать, оставляя во рту горький привкус упущенного шанса. Это они должны были задержать последнего террориста. Теперь все лавры победителей получат другие группы. От досады он пнул камень, и тот улетел вниз, исчезая в белом тумане.
— Ладно, капитан, мы сделали что могли, — проговорил Ворчун по общей связи, словно прочитав его мысли. — Рейна даже героически рёбра сломала.
— Ой, да пошёл ты! — сквозь смех проговорила девушка.
Слушая подколки товарищей, Онигири направился к скальной нише, где Малыш уже организовал импровизированный лазарет вокруг Рейны. Теперь они были просто пятеро уставших людей, прижавшихся друг к другу в бескрайнем белом хаосе.
Ожидание заняло две минуты. Сквозь рёв метели пробился скрежет гусениц, перемалывающих лёд. Два тяжёлых бронетранспортёра «Фудзин» выплыли из пурги и замерли в метре от них. Задние аппарели с шипением опустились, и из нутра машин выскочили два бойца. Они запустили диагностику через скафандр Рейны и слаженно погрузили её на носилки.
Онигири стоял в стороне, укрывшись от ветра за валуном. Он ощущал себя альпинистом, который сошёл с дистанции за три метра до вершины. Мрачные мысли прервал звонок из штаба.
— Онигири, приём, — голос майора был лишён упрёка, в нём звучала лишь усталая констатация. — Операция завершена. Вторая и третья группы осуществили захват цели в двух километрах от вашей позиции. Груз изъят, террорист схвачен.
— Спасибо, что сообщили. А можно картинку для поднятия морального духа?
— Можно.
На сетчатке Онигири замелькали помехи, а затем загрузился короткий стабилизированный видеопоток с камеры чужого шлема. Дрожащий от сбоев маскировки вездеход нёсся по заснеженному плато. Послышался резкий хлопок электросеткомёта и серебристая паутина намертво опутала капот и колёса. Машина, дёргаясь в конвульсиях, замерла. Солдаты чужого отряда заняли позиции. С крыши их броневика с лёгким шипением выдвинулась короткая толстая турель и нацелилась на кабину вездехода. Звук на видео пропал: система заблокировала опасные частоты. Было видно лишь, как воздух между излучателем и вездеходом пошёл плотной акустической рябью, а сам транспорт затрясся в бешеной конвульсии.
Бойцы бросились вперёд, вскрыли люк терморезаком и вытащили оттуда контуженную, обмякшую фигуру в скафандре. На последних секундах один из солдат открыл багажник и извлёк из защищённого отсека матовый чёрный контейнер.