Пират по ту сторону ждал, сидя в укрытии. Сэм резко прыгнул в оплавленное отверстие переборки, швыряя импровизированный щит вперёд. Соперник запаниковал, всаживая остатки магазина в летящую железку. Пирсон, используя инерцию, заложил вираж за гидравлический блок. Над шлемом пронёсся пластик рикошетов — стрелок пытался достать его «вслепую».
Сэм выглянул из-за укрытия и тут же вжал голову обратно — над головой просвистели пули. Враг выплыл из-за препятствия, чтобы сохранить угол обстрела. Их танец начался. Сэм перемещался от одного агрегата к другому, используя каждую складку и выступ. Пират нервно его преследовал, продолжая палить почти наугад, создавая в отсеке смертельно опасный град рикошетов.
Пока враг перезаряжал оружие, Пирсон выскочил и выстрелил из тазера почти в упор. Два наэлектризованных гарпуна впились в живот пирата, и тот задёргался в немом крике, брыкаясь в конвульсиях и выронив оружие. Сэм уже был рядом и добивал соперника ударом по шлему, когда из грузового люка выплыли они.
Две массивные фигуры в «Голиафах» — тяжёлая броня и глухие забрала. Сэм грязно выругался, залетая за ближайший генератор. Пули зацокали по металлу позади, отскакивая рикошетами. Он вжался в укрытие, чувствуя, как вибрация от ударов передаётся через металлическую поверхность.
Пластиковый град резко прекратился — скафандры проанализировали обстановку и остановили шквальный огонь.
«Им до меня метров двадцать, — думал Сэм, выравнивая дыхание. —Через пару секунд они уже будут здесь. Нужно сваливать».
Сосчитав в уме до трёх, Пирсон сгруппировался и резко вылетел влево, в сторону другого укрытия.
— Готово, — в голове прозвучал довольный голос Айри. Сэм резко выглянул из-за металлической перегородки — два «Голиафа» беспомощно бултыхались в невесомости, дёргаясь в странных прерывистых конвульсиях. Они судорожно хватались за свои шлемы, словно пытаясь их сорвать. Один из них в панике бессильно ударил кулаком по собственному забралу.
— Что с ними такое? — обескураженно спросил Пирсон, осторожно выпрямляясь.
— У каждого их скафандра есть своя маленькая операционка. Она постоянно получает данные от корабельного сервера: куда смотреть, что слышать, что чувствовать.
— И?
— И я стала этим сервером. Я послала команду на полную перегрузку сенсоров.
— Что со зрением? — Сэм смотрел, как один из пиратов бьёт себя по забралу.
— Белый шум на визоры. Максимальная яркость. Их мозг сейчас обрабатывает одну сплошную огненную вспышку.
— Слух?
— Оглушительный визг на максимальной громкости на всех частотах сразу. Их система шумоподавления сошла с ума, пытаясь с этим бороться, и только усугубила какофонию.
— Это потрясающе, — заворожённо глядя на дёргающихся противников, прошептал Сэм. — Но неужели эти скафандры так легко взломать?
— Обычно — нет, но у этих вся прошивка поломана, они же краденые. Пиратам пришлось пойти на компромисс с безопасностью.
— Но почему они бьются в конвульсиях?
— В «Голиафах» есть тактильная обратная связь, которая создаёт виртуальное давление на тело или предупреждает об опасности вибрацией. Полезная штука.