Рэкка шёл к источникам в надежде сбросить усталость после долгого дня. Он не знал, что Юи здесь. Заметил её, только когда подошёл ближе, и замер, не в силах отвести взгляд. Она сидела по пояс в горячей воде, подсвеченная снизу, и пар окутывал её плечи и волосы. Её лицо было безмятежным: глаза закрыты, ресницы чуть подрагивают. Капли воды блестели на коже. Она была так красива, что у него перехватило дыхание.
— Юи? — позвал он негромко.
Она вздрогнула и открыла глаза.
— Ой. Я не знала, что ты придёшь. — Она не отшатнулась, не спряталась. Только чуть покраснела. — Я уже собиралась выходить.
— Не надо, — сказал он, и голос его прозвучал ниже, чем обычно. — Не уходи. Я тоже хотел согреться. Можно к тебе?
Она помедлила лишь мгновение. Потом кивнула.
— Да. Заходи.
Он скинул кимоно, оставшись в одном набедренном полотенце, и осторожно ступил в воду. Горячая, пахнущая минералами и горными травами, она приняла его, как старого друга. Он опустился рядом с ней — не слишком близко, но достаточно, чтобы чувствовать тепло её тела даже сквозь воду. Пар окутывал их, и мир за пределами этого каменного бассейна перестал существовать.
Они сидели молча, слушая, как шипят гейзеры, как где-то далеко кричит ночная птица. Вода мерцала в лунном свете, и по её поверхности пробегали золотистые блики от подземного жара. Юи сидела, обхватив колени руками, и смотрела на звёзды, рассыпанные по небу, как рис. Рэкка смотрел на неё.
— Ты замёрзла? — спросил он тихо.
— Нет. Здесь тепло. Очень тепло.
— Тогда почему ты дрожишь?
Она повернула голову и встретила его взгляд. В его глазах было то самое золото, которое она видела в ночь ритуала, — глубокое, живое, притягательное.
— Не от холода, — ответила она.
— Иди ко мне, — прошептал он.
Она скользнула к нему, и вода сомкнулась вокруг них, принимая в свои тёплые объятия. Он притянул её к себе — мягко, но уверенно, — и она села перед ним, спиной к его груди. Его руки обвились вокруг неё, сомкнулись на животе, и она почувствовала, как его дыхание касается её затылка. Она опустила плечи, расслабилась и откинула голову ему на грудь.
— Так хорошо? — прошептал он.
— Так идеально, — ответила она. — Я будто в коконе.
Он усмехнулся, и его смех тёплой волной пробежал по её спине.
— В огненном коконе.
— В самом лучшем, — она чуть повернула голову и коснулась губами его плеча. — Знаешь, когда я впервые вошла в этот источник, я думала только о том, как бы не замёрзнуть. А теперь…
— А теперь?
— А теперь я думаю, что это самое безопасное место на земле. Потому что ты здесь.
Он ничего не ответил — слова были не нужны. Только прижал её к себе чуть крепче и поцеловал в макушку. Они сидели так долго, и звёзды над ними кружились в медленном небесном танце. Он чуть повернул голову и поцеловал её в висок. Затем в скулу. Затем в уголок губ. Она подняла лицо, и их губы встретились. Поцелуй был долгим и глубоким, как сама эта ночь, — без спешки, без страха, только тепло и нежность. Его пальцы скользнули по её мокрым волосам, заправили прядь за ухо.
Она повернулась в его объятиях, — и теперь они сидели лицом друг к другу. Вода доходила до груди, и в её тёмной глубине отражались звёзды. Её ладонь легла на его грудь — туда, где под смуглой кожей билось сердце. Она чувствовала, как оно ускоряется под её касанием, и от этого у неё самой перехватывало дыхание.