Девушка села на футоне и поёжилась, кутаясь в тонкое одеяло. Тело ныло после вчерашней стирки — госпожа Саэ велела перестирать все свои осенние кимоно, и Юи до полуночи тёрла шёлк в ледяной воде, пока пальцы не стали красными и сморщенными, как сушёные сливы.
Сегодня у неё первое занятие с господином Кирихарой.
Она умылась холодной водой из кувшина, вздрагивая от прикосновения влаги к коже, и надела повседневное кимоно, уже выцветшее на локтях и подоле. Подвязала рукава красной лентой тасуки, повязала фартук. Расчесала волосы гребнем — они потрескивали от сухости, — заплела в тугой пучок и заколола деревянной шпилькой.
Кухня встретила её жаром очага и запахом варящегося риса. О-Таки уже гремела котлами, а Хару раздувала огонь, щурясь от дыма.
— Проснулась, — бросила О-Таки, не оборачиваясь. — Бери поднос, неси госпоже завтрак. Сегодня она рано встала, требует чай с имбирём.
Юи кивнула, налила горячую воду в заварник, добавила тонко нарезанный имбирь и мёд — Саэ верила, что это сохраняет голос для пения. Поставила на поднос чашку, пиалу с рисом, мисо-суп, маринованные овощи и кусочек жареной рыбы. Понесла в покои госпожи.
Саэ уже сидела у туалетного столика, расчёсывая волосы. В утреннем свете, падавшем из окна, её кожа казалась почти прозрачной, а волосы отливали синевой, как крылья зимородка.
— Долго, — бросила она, не глядя на Юи. — Чай наверное остыл, пока ты его несла.
— Прошу прощения, госпожа. Я сейчас принесу свежий.
— Не надо. Поставь и иди. У тебя сегодня этот… урок с Кирихарой? — Саэ впервые повернулась и посмотрела на Юи с откровенным любопытством. — Отец сказал, ты будешь учиться магии. Как забавно. Служанка, пытается стать магом.
Юи опустила глаза.
— Я делаю то, что велел господин.
Саэ отвернулась к зеркалу. — Только не возомни о себе слишком много. Магия Земли — это магия грязи. Что бы ты ни выучила, ты всё равно останешься служанкой.
Юи поклонилась и вышла. Слова Саэ должны были задеть её, но сегодня они скользнули мимо, как вода по камню. Она слишком устала, чтобы обижаться. И слишком ждала встречи с Кирихарой.
На кухне она получила свою порцию завтрака: миска риса, немного солений, остатки мисо-супа со вчерашнего ужина. Ела стоя, быстро, пока О-Таки раздавала новые поручения.
— Юи, после завтрака протрёшь полы в восточном коридоре. И не забудь сменить воду в вазах — ирисы уже вянут.
— Да, О-Таки-сан.
Она ела и думала о том, что встретится с Кирихарой в старом саду камней. Что он скажет? Что покажет? Сможет ли она хоть что-то почувствовать, кроме слабой вибрации в ладонях?
Рис казался безвкусным, но она заставила себя доесть всё до последнего зёрнышка. Ей понадобятся силы.
Уборка восточного коридора заняла больше часа. Деревянный пол был выложен тёмным кедром, и каждая пылинка была видна на его полированной поверхности. Юи ползала на коленях, протирая доски влажной тряпкой, смоченной в воде с уксусом — О-Таки говорила, что это придаёт блеск. Колени ныли, спина затекала, но она не позволяла себе останавливаться.
В коридоре было холодно и сыро — осенняя сырость проникала сквозь стены, и казалось, что сам воздух здесь пропитан водой. Юи мечтала о сухом тепле, о запахе нагретой солнцем земли, о чём-то, что напоминало бы ей о доме. Но дома у неё не было. Только этот коридор, эти полы, эта бесконечная влага.