— Иван Васильевич, надеюсь, мне не нужно объяснять, что то, что ты сейчас услышал, не стоит повторять нигде.
— Да, конечно, владыко, — с уважением поклонился Ощера.
Я помолчал немного, потом спросил.
— Чего добиваются Хромой и Лукьянов, распуская эти слухи?
Филипп посмотрел на меня.
— Ты и сам знаешь ответ, Дмитрий Григорьевич.
— Знаю. Но хочу услышать от тебя.
— Ну что ж, — тяжело вздохнув, произнёс он, — начнём с того, что ты слишком быстро вошёл в доверие к княгине. Многие бояре привыкли к своей власти. Десятилетиями её нарабатывали. А тут появляется человек без родословной, без боярских корней, без связей, и за несколько лет оказывается ближе к трону, чем они. Дело не в тебе лично… в тебе видят угрозу тому, что имеют.
— Понятно. Значит, простая зависть, — подытожил я.
— Ну, я бы так не сказал, — сказал Филипп. — Распускай они слухи только о тебе, это одно. Но они ведь в них и Марию Борисовну притянули. И смерть Ивана Васильевича на тебя вешают. — Он усмехнулся. — Но в основном, да… речь идёт о их должностях, землях да влиянии.
Тут Ощера сделал шаг в нашу сторону.
— Подождите, — сказал он. — Такие слухи не могут ходить месяц без поддержки кого-то из церкви. Иначе любой священник с воскресной проповеди слово сказал бы…
Он не договорил. Все в комнате поняли без этого и, честно, я об этом как-то не подумал. Состояние Филиппа приглушило весь мой боевой настрой.
Я снова посмотрел на митрополита, ожидая ответа.
— Иван Васильевич, — произнёс митрополит с чем-то похожим на удовольствие, — ты уже немолод, но ум у тебя ещё крепок. Ты всё верно заметил. За слухами стоит епископ Арсений Суздальский.
Я помолчал секунду, потому что наконец-то в голове сложилась вся картинка.
— Тааак, — медленно сказал я. — Получается Арсений соперник Кирилла на пост митрополита? И ты, владыко, не пресекал эти слухи намеренно. Пока они ходят, Арсений занят мной, а не тем, чтобы мешать тебе передавать дела Кириллу.
— Ну-у, почти всё так и есть, — легко сознался Филипп.
— А в чём я не прав? — тут же спросил я.
— Дмитрий, — произнёс он, — поверь, в церковных делах мы сами разберёмся. Кирилл знает, что делать с Арсением. — Он чуть прикрыл глаза. — А вот с боярами, которые Арсения поддерживают, это твоё дело, Дмитрий Григорьевич. Поверь, тебе ничего не угрожало. И прости, но не воспользоваться ситуацией было бы глупо. Кирилл продолжит моё дело и сможет повести церковь в правильном русле.
Вот как… получалось, что я, сам того не зная, почти целый месяц был фигурой в чужой игре. И, когда надо было, меня аккуратно подвели к тому, чтобы взять часть чужой грязной работы. И этот старый… паук завернул так красиво, что сердиться на него не было сил.
В этот момент я переглянулся с Марией Борисовной.
Она же, глядя на митрополита, спросила.
— Почему ты не пришёл ко мне со всем этим?
Филипп ответил просто.
— Потому что тогда бы ты слухи тут же пресекла.
— Я… — она начала и остановилась. — Понимаю. Будь ты сейчас здоров, — сказала она ровно, — я бы высказала тебе всё, что об этом думаю, владыко.