— Занятно, — уголки губ Штрайссера дрогнули. — Продолжайте.
Маркус почувствовал прилив уверенности и заговорил с напором:
— Биоагент можно изучить и перекалибровать, заменив одну генетическую мишень на другую. Лучшие умы Сигмы потратили годы и миллиарды на разработку «Омнидекса», вы же получаете готовую технологию за смешную цену. Я и моя организация боремся за право управлять собственной планетой. Эксион должен принадлежать нам. Лига Независимости обеспечит вам эксклюзивные права на биоагент, а вы предоставите нам ресурсы для победы.
— Например?
— Патрульные корабли из ваших резервных армад и боезапас к ним. Курьерские и грузовые суда, логистические цепочки, технологии стелса. Безлимитный кредит на вооружение, гарантированное политическое убежище в системе Гамма Змеи для ключевого персонала — с соответствующим дипломатическим статусом. И, разумеется, полномасштабная медийная кампания. Это ничтожная цена за актив уровня «Омнидекса». Вы останетесь в тени, просто дайте нам инструменты.
Виктор откинулся на спинку стула и постучал подушечкой пальца по освещённой поверхности стола. Его взгляд стал чуть отстранённым, расчётливым.
— Гамма Змеи… Корабли… Пиар. Вы мыслите масштабно, мистер Кейн. Это похвально. Однако позвольте спросить: что, по-вашему, является главным препятствием на пути превращения этого прототипа в тот самый «актив», о котором вы говорите?
— Время, — без колебаний ответил Маркус. — Но у вас есть технологии и лаборатории. Я принёс вас алмаз, осталось его огранить.
— Верно. Время. И, увы, не только, — Виктор вздохнул, будто подготавливая собеседника к неприятной части. — Насколько мне известно, вы собирались продать «Омнидекс» правительству Ардона.
— Я рассматриваю разные варианты.
— Это разумно, мистер Кейн. Но, видите ли, правительство Ардона с его практически неограниченным бюджетом и закрытыми военными институтами могло бы позволить себе такую игру. Спрятать проект на несколько лет, влить колоссальные средства. Мы — корпорация. Наши акционеры ждут квартальных отчётов, а не прорывов в отдалённом будущем. Лаборатории нужного уровня у нас имеются, бесспорно. Но их загрузка расписана на годы вперёд. А главное — скрыть масштабные исследования биоагента такой сложности… — он развёл руками, изящным жестом обозначая невозможность. — Всё это требует изолированных станций и закрытых полигонов, недосягаемых для конкурентов и шпионов. Таких, какие есть только у государства. Того самого государства, от которого вы сбежали.
Маркус постарался не измениться в лице, хотя внутри всё похолодело. Он начал понимать, к чему клонит корпорат. Выдержав паузу, Виктор продолжил:
— Все меры защиты и конспирация просто съедят потенциальную прибыль, а сама история привлечёт внимание, которое нам совершенно не нужно. Проще говоря, мистер Кейн, мы не можем себе этого позволить. Не потому, что у нас нет денег. А потому, что риски и операционные издержки множат на ноль всю привлекательность вашего «актива».
Маркус ощутил, как неприятно сжался желудок. Отказ он даже не рассматривал. Старательно пытаясь сохранить лицо, он уточнил едва не сорвавшимся голосом: