Но Саэ не сводила взгляда с Рэкки.
Она смотрела на него весь ужин — не открыто, не вызывающе, а исподтишка, короткими, быстрыми взглядами, которые тут же прятала в чаше с сакэ. Но каждый, кто знал её, мог заметить: она изучает его. Так изучают картину, которую раньше боялись увидеть вблизи, а теперь обнаружили, что она прекрасна. Рэкка сидел во главе стола, и свет люстры золотил его профиль — резкие скулы, прямой нос, твёрдую линию подбородка. Он говорил о руднике, о добыче вулканической породы, и его голос, низкий и ровный, звучал уверенно и спокойно. Он был не просто хозяином — он был властелином этой долины, этой земли, этой стихии. И проклятия на нём больше не было.
Саэ видела это. Видела, как он поворачивается к Юи, чтобы тихо спросить, не добавить ли ей чаю, и как его глаза теплеют при этом — неуловимо, едва заметно для посторонних, но не для женщины, которая привыкла читать мужские взгляды. Она видела, как он чуть касается её руки, передавая чашу, как задерживает пальцы на мгновение дольше, чем нужно. Видела кольцо с изумрудом на её безымянном пальце.
Внутри у неё что-то скручивалось — не зависть, нет. Скорее, горькое осознание того, что она могла быть на этом месте. Если бы не испугалась. Если бы согласилась на ритуал. Если бы ей хватило духу. Но она испугалась. Она предпочла спрятаться за спиной служанки. И служанка заняла её место.
Саэ опустила глаза в тарелку и больше не поднимала их до конца ужина.
После ужина, когда мужчины ещё сидели в кабинете, обсуждая итоги поездки на рудник, а слуги убирали со столов, Юи и госпожа Асура вышли в сад. Вечер был тёплым, гейзеры мерцали в темноте, и пар окутывал мостки, делая их похожими на дорогу в иной мир.
После ужина, когда мужчины ещё сидели в кабинете, обсуждая итоги поездки на рудник, Юи и госпожа Асура вышли в сад. Вечер был тёплым, гейзеры мерцали в темноте, и пар окутывал мостки, делая их похожими на дорогу в иной мир.
— Красиво, — сказала госпожа Асура, останавливаясь у клумбы с пионами. — Я помню эти цветы. Ваша мать выращивала такие же.
Юи молчала, ожидая продолжения.
— Я должна вам кое-что сказать, Юи-сан, — госпожа Асура повернулась к ней. — Я наблюдала за господином Асукой всё это время. И я вижу: он — мудрый правитель. Справедливый. Он умеет слушать и умеет принимать решения. Он будет хорошим мужем. Очень хорошим.
Юи опустила глаза, чувствуя, как тепло разливается в груди.
— И ещё, — голос госпожи Асуры дрогнул. — Ваша мать… Сидзуэ… она была моей подругой. Давно. Ещё до того, как всё пошло не так. Я не смогла защитить её тогда. Но я вижу вас сейчас — и знаю: она гордилась бы вами. Очень.
Юи подняла глаза. В лице госпожи Асуры, обычно каменном и непроницаемом, что-то дрогнуло. Тень старой боли. Или запоздалое раскаяние.
— Спасибо, — прошептала Юи. — Я…
— Не надо, — госпожа Асура покачала головой. — Просто будьте счастливы. Этого она хотела больше всего.
Они постояли ещё немного, глядя на гейзеры. Потом вернулись в дом. Завтра гости уедут. Но этот вечер, этот разговор останутся с Юи навсегда.