— Но зачем? С какой целью?
Бао хитро, по-обезьяньи усмехнулся, и в его глазах снова блеснули знакомые задорные искры:
— Официально?
— Да.
— Официально он приехал предложить свои услуги профессионального фотографа, чтобы сделать эксклюзивную обложку и иллюстрации ко второму тому «Года Обезьяны».
— А неофициально, Бао? — Женька подалась вперед, почти не дыша.
— А неофициально он пересек половину земного шара и прилетел в чужую заснеженную страну только ради того, чтобы увидеть тебя, Жень. Посмотреть в твои глаза и понять, какого черта его так дико, до безумия к тебе тянет.
Женя почувствовала, как ее сердце, еще секунду назад умиравшее от боли, начинает биться с бешеной, живой скоростью. Кровь прилила к лицу, возвращая силы. Одиночество закончилось. Наказание богов дало трещину.
— Он вспомнит, — тихо, но твердо произнесла она.
Бао неопределенно пожал широкими плечами:
— Возможно, Женька. Против магии Неба переть трудно.
— Нет.
Она решительно выпрямилась, расправив плечи, и впервые за весь этот бесконечный день уверенно, открыто посмотрела в сторону дальнего столика у окна. Туда, где сидел ее Великий Мудрец, Равный Небу.
— Он обязательно вспомнит. Я заставлю его вспомнить.
Сунь Укун как раз в этот момент отвлекся от экрана телефона и поднял голову.
Их взгляды встретились. На одно короткое, звенящее мгновение сквозь разделяющее их пространство кафе. Женя мягко, но уверенно улыбнулась ему. А затем решительно, чеканя шаг, направилась прямо к его столику.
— Ой-ой-ой, — испуганно пробормотал Бао, спешно устремляясь следом за ней. — Только умоляю, Женька, не нападай на него сразу!
— Не буду, — бросила она через плечо, не замедляя шага.
— Обещаешь?
— Нет.
— Женька, блин! — зашептал парень, едва успевая за ее стремительным порывом. — Пожалей старшего брата, у него теперь в человеческом теле обнаружилась на удивление тонкая душевная организация!
— Не верю, — фыркнула она.
— А зря! — Бао обреченно покачал головой. — И самое страшное знаешь что? Человеком он в итоге оказался еще более вредным, невыносимым и заносчивым, чем был, когда правил всеми обезьянами на Горе Цветов и Плодов!
— Это физически невозможно, Бао.
— Я тоже так думал, Женька. Ох, как же я ошибался… — Бао на ходу задорно ухмыльнулся. — Зато теперь я для него официально просто младший брат, а не бесправный прислужник. И могу в открытую говорить ему любые гадости, а он мне в ответ ничего сделать не может — ни магии, ни подзатыльника! Хоть какая-то реальная польза от всей этой его амнезии.
-25- Женщина, я не танцую
Женька едва успела дойти до заветного столика у окна и только собиралась присесть на свободный стул, как рядом бесшумной, но непреклонной тенью материализовалась дорогая редактор. Аня решительно, корпусом оттеснила своего автора подальше от объекта наблюдения, сияя самой вежливой и профессиональной улыбкой из своего арсенала.
— Господин Сунь Укун, — официально обратилась она к фотографу, который тут же вежливо приподнялся с места.. — Мы сейчас ни в коем случае не станем нагружать вас конкретными рабочими вопросами. Буквально пара слов вежливости…