Прежде чем Руслан успел сделать шаг навстречу, Укун с ледяным лицом бесцеремонно выхватил связку ключей прямо из Женькиных пальцев. Словно всю жизнь тут жил, он точным, резким движением припечатал магнитный брелок к панели домофона, плечом распахнул тяжелую дверь и уверенно занес Женю внутрь теплого подъезда, оставив соседа наедине с собакой.
Аня сзади громко, выразительно покашляла, комично вытаращив глаза на подругу. Весь ее потрясенный вид буквально кричал:«Серьезно, Горелик?! Это что еще за бесконечный парад мужиков у твоего дома? Ты их коллекционируешь, что ли?!»
В лифте все напряженно молчали. Слышно было только, как Бао испуганно сглатывает слюну под суровым взглядом Укуна, а Аня бдительно сканирует пространство. Женька едва дышала, чувствуя, как плечо Укуна подрагивает от напряжения.
Двери лифта с тихим звоном разъехались на ее этаже. Вся компания чинно вышла на площадку, и Женя чуть не задохнулась от нового шока.
Прямо возле двери ее квартиры, сиротливо свернувшись на коврике для обуви, сидел… Глеб. Женин официальный, многострадальный бывший.
— О-о-о! Женечка-а-а! — придушенным, изрядно пьяненьким голосом радостно протянул он и раскинул руки в стороны, пытаясь прямо с пола поймать ее в объятия.
-29- Вселенский заговор
— Глеб, что… что ты здесь вообще забыл?! Убери руки! — испуганно вскрикнула Женька и поспешно поджала ноги под себя, спасаясь от ручонок бывшего.
Впрочем, Сунь Укуну даже ничего переводить не потребовалось — его мужские рефлексы сработали быстрее человеческого ума. Едва Глеб предпринял пьяную попытку дотянуться до края женькиного пальто, Укун сделал быстрый, пружинистый шаг назад. Потеряв опору, заваливающийся вперед Глеб с глухим стуком едва не припечатался носом в бетонный пол.
Вообще, ситуация, в которой оказалась Женя, была верхом абсурда и тонкого издевательства Судьбы. Прямо у ее ног ползал пьяный бывший, умоляюще протягивая к ней руки, в то время как тот единственный мужчина, которого она по-настоящему, до дрожи в сердце хотела вернуть, крепко и надежно держал ее на руках, но ничегошеньки не помнил.
И Женьке сейчас меньше всего на свете хотелось выслушивать нетрезвые излияния Глеба. Она и так со стопроцентной уверенностью догадывалась, какую заезженную пластинку он сейчас включит:«Женечка, я дурак, я не могу без тебя… Я думаю о нас каждую секунду… Давай попробуем все заново, с чистого листа…»
Да что, черт возьми, вообще происходит в этой безумной Вселенной?!
Что за жестокая, извращенная ирония? Чья это глупая, дурацкая шутка? Откуда разом повыползали абсолютно все ее неудавшиеся, бесславно провалившиеся женихи? Почему они все как один, словно по какому-то тайному сигналу, внезапно воспылали к ней пламенной, непреодолимой любовью? Стоматолог Кирилл в караоке, таксист Елисей с голосом Дональда Дака, богатырь Тибальд с больным тигренком, сосед Руслан у подъезда и, как вишенка на этом дурацком торте, Глеб на придверном коврике!
Женя затравленно перевела взгляд на Аню, но дорогая редактор стояла с таким видом, будто у нее прямо сейчас на глазах рушилось все мироздание.