“Женя, радуйся, что ты осталась в нижнем белье, а не бежишь с голой опой!” — шепнула она сама себе, глазами разыскивая телефон.
На экране высвечивалось “Чехов”.
Работа! Опоздала!
Стоп. Какая работа?
“Ты теперь безработная, — съехидничал внутренний голосок.- Во всех смыслах с голой задницей”.
— Лучше заткнись! — пробубнила Женя и одновременно нажала на зелененькую трубочку на экране.
— Кхм.
— Ой, это я не Вам! Простите!
— Женя, здравствуй. Узнала?
— Вы у меня подписаны.
— А, ну да. Мы теперь снова на “вы”? Как работник и работодатель? Тогда почему ты не вышла на работу?
— Хуже. Мы как незнакомые люди. И я у Вас больше не работаю, забыли?
— Жень, ну Максим дурак. Ну перепил, с кем не бывает.
— Дело не в Максиме, а в Вас. Мне от Вас тошно, Антон Григорьевич.
— Женька, ты сама виновата. Напридумывала всякого. А я не принц на белом коне, все ведь по-честному. Да и тебе тридцатник уже, какие принцы?
— А… знаете что? Это я Вам в начале нашего разговора адресовала. А извинение назад забираю. До свидания! — Женя уже собиралась нажать “отбой”, но Чехов вдруг завопил в трубку:
— Жень, выйди на работу! Новый год на носу, а я без продавца остался. Люда так и не вышла из больницы. Звонила ее мать, сказала что девочка умерла.
У Жени на мгновение сжалось сердце. Бедная простодушная Людочка. Что с ней случилось?- Она меня подставила, ты меня подставляешь, — меж тем продолжал Чехов.
— Подставила? — Женя почувствовала, как внутри разгорается злость. — Позови своего ненаглядного Максима. И сам за прилавок становись. Вместе со Светкой. Втроем у вас точно все получится. Вы же так любите тройнички.
Женя не стала дожидаться что на это ответит Чехов и нажала “отбой”. В дверь позвонили. Что за день звонков сегодня?
Пришла Лиза. Оглядела подругу с головы до ног и ничего не сказала. Прошла в зал. Тут ее взор метнулся к столику с бокалами и вином. И опять она ничего не сказала.
— Ничего не говори. Дуй на кухню и свари мне кофе.
Лизка даже спорить не стала. Женя пошла в ванную. Холодный душ остудил пыл, вернул ясность мысли и почти хорошее расположение духа. Так что на кухню Женька явилась умытая, одетая и улыбчивая.
Лизон варила божественный кофе с яблоком и корицей. Кофейный аромат заполнил маленькую кухонку от пола до потолка. А еще кухню заполнил собой Сунь Укун. Не от пола до потолка, но почти. Вымахал же, слоняра. Точнее, обезьяна. Гребаный кинг-конг.
— Ты чего там бормочешь? — спросила Лизка. — Давай, садись за стол. Царь, кофе хочешь?
— Нет, он не хочет! — Женя уселась на табурет и подвинула к себе чашку, которая предлагалась мужчине.
— Ну, не хочет так не хочет. Зачем же говорить таким тоном — “не хочет”. Я вообще что-то не поняла. Вчера разведка доложила, что свидание провалилось. Но твой видон и вино… — Лизка игриво пошевелила бровями, намекая.
— Разведка. — Женя посмотрела на предателя на излюбленном месте — возле окна, подперев холодильник боком. Стоял, как ни в чем не бывало. Ручки на груди скрестил. — Отойдите от окна, — рявкнула Женька, — а то свалите Рамзеса Третьего!