— Почему ты… почему ты сам не нашел меня раньше? — Женя наконец перевела умоляющий взгляд на Бао. — За целый год…
— Думаешь, я не пытался? — Бао горько и бессильно фыркнул. — Старшие боги наложили мощнейшее заклятие, Женька. Я физически не мог произнести твое имя рядом с ним. Вообще. Ни вслух сказать, ни на бумаге написать, ни в телефоне набрать — никак. Магия блокировала горло намертво. А если бы я даже сам тайно собрался и поехал к тебе в Россию, я бы просто не сумел найти дорогу. Наш навигатор бы заглючил, самолеты развернули, память бы затуманилась — так работает это дурацкое заклятье отчуждения. И ты бы точно так же никогда не смогла приехать сюда, если бы я как-то извернулся и позвал тебя. Небесная Канцелярия перекрыла все прямые пути.
— Что?.. Но как же тогда…
— Единственная крошечная лазейка, единственный вариант, который магия пропустила — это твоя книга, — Бао развел руками. — Твое творчество, запущенное в человеческий мир. Она должна была стать мостом. Но этот упрямый остолоп не хотел даже малейшего внимания на нее обратить! Выкладывал ему под нос, а он нос воротил.
— Обидно. Даже имя мое не помнит…
— Потому что у нас, на Небесах, имя — вещь серьезная. Сакральная. — Бао сделал шаг ближе, переходя на едва различимый шепот. — Если бы я хоть раз назвал тебя при нем, его стертая память дала бы сбой. Он начал бы вспоминать. А этого в Канцелярии очень не хотели. Поэтому мне просто затыкали рот небесной магией каждый раз, когда я пытался открыть ему правду.
Женя молчала. Слов нет. Она снова медленно повернула голову и посмотрела на Сунь Укуна. На мужчину, который когда-то перевернул всю ее жизнь и стал для нее целым миром. А теперь сидел у окна и даже не узнавал ее.
— Но ты все равно упрямо нашла дорогу к нему, — тихо, с благоговением сказал Бао.
Женька вздрогнула:
— Что?
— Ты ведь была этой осенью в Циндао, верно?
— Да… была, — она растерянно нахмурилась. — Но почему именно там я сама не знаю. Меня просто… потянуло туда. Словно магнитом.
Бао тепло, торжествующе улыбнулся:
— Вот и я о том же, Жень. Судьбу не обманешь никакими небесными печатями.
Женя внезапно напряглась, и в ее глазах вспыхнуло осознание:
— Подожди… Откуда ты вообще знаешь про мою поездку в Циндао? Я же Ане об этом только в общих чертах сказала!
— Потому что он тебя там видел, — Бао кивнул в сторону окна.
Сердце Жени пропустило удар.
— Что?..
— На том самом бетонном пирсе, в шторм, — негромко произнес Бао, глядя прямо ей в глаза. — Он стоял неподалеку. И он тебя сфотографировал, Женька.
— Что?! — выдохнула Женя, чувствуя, как голова начинает кружиться ото всех этих новостей. — Но… почему он тогда не подошел ко мне? Почему промолчал?
— Потому что тогда, на пирсе, он еще вообще ничего не понимал, Женька, — Бао сокрушенно покачал головой. — Увидел плачущую иностранку в шторм, зацепило, нажал на спуск камеры — и все.
— А сейчас? — она с надеждой заглянула ему в глаза. — Сейчас он хоть что-то понимает?
— Сейчас тоже не понимает. Разумом — точно нет, — Бао сделал паузу, многозначительно покосившись на окно. — Но внутри него что-то безвозвратно изменилось. После того случайного снимка он просто физически не мог выбросить твой образ из головы. Ходил сам не свой, очки в оптике купил… А потом нашел в сети твою книгу. Прочитал ее от корки до корки через кривой Гугл-переводчик. Заставил меня связаться с твоим издательством через Аню.