В глазах Укуна сейчас бушевало такое откровенное, темное и яростное пламя собственника, что у Женьки перехватило дыхание, а по спине пробежали огромные мурашки.
— А ты попробуй сам, — тихо, но с вызовом сорвалось с Женькиных губ.
Она перевела дыхание и, отчаянно борясь с дрожью в пальцах, протянула ему золотистый, идеально кружащийся паром оладушек. Прямо к его плотно сжатым губам.
Сунь Укун не пошевелился. Он продолжал сверлить Женю своим потемневшим, нечитаемым взглядом. Атмосфера между ними сгустилась так, что, казалось, ее можно было резать ножом. Женька уже мысленно прокляла свою глупую затею и собиралась позорно опустить руку, как вдруг Укун сделал короткое, бесшумное движение. Он не стал аккуратно брать угощение пальцами. Вместо этого он подался чуть навстречу и прямо из ее рук уверенно откусил половину оладьи.
Его горячие губы на долю секунды мазнули по Женькиным подушечкам пальцев, и ее мгновенно прошибло мощным разрядом электрического тока от головы до самых кончиков замерзших ног.
Укун неторопливо зажевал, не отрывая от нее взгляда. Ярость в его глазах медленно уступала место какому-то мрачному замешательству. Он смотрел на Женю так, словно сам до конца не понимал, какого черта только что сделал, почему поддался этому дикому, собственническому порыву и почему его так сильно злит улыбчивый младший брат.
Женька сглотнула, на автомате потянулась к салфетке и робко приподняла ее, чтобы стереть невидимый след масла с его уголка губ. Но Укун резко перехватил ее запястье.
— Горелик! Оставь в покое человека, ты ему сейчас этот блин насильно в горло утрамбуешь! — раздался сзади громогласный, спасительный и одновременно разрушающий всю магию голос Ани. — Дай нашему гостю хоть выдохнуть, маньячка!
Редактор наконец-то соизволила дойти до катка. Она бодро вышагивала к столику, кутаясь в свой огромный шарф.
Укун тут же разжал пальцы и отступил на полшага назад, мгновенно вернув лицу маску вежливой, азиатской отстраненности.
— А мы тут… вот, оладьями балуемся, — пискнула Женя, спешно пряча салфетку в карман.
— Вижу я, как вы тут балуетесь, — Аня смерила подругу подозрительным взглядом, а затем перевела глаза на Сунь Укуна, который уже как ни в чем не бывало приветственно кивнул ей. — Ладно, раз уж я приехала и даже взяла эти адские полозья напрокат, ведите меня на лед.
-28- Мужицкий дождь
— Вообще классно! — весело крикнула Аня, изящно пролетая мимо на приличной скорости. — Я-то думала, что напрочь разучилась, а оказывается, это как с велосипедом: один раз в детстве научился — и на всю жизнь!
— Рада за тебя… — пробормотала Женя, изо всех сил удерживая под руку Сунь Укуна.
Ей сейчас было вообще не до чужих спортивных успехов. Укун двигался тяжело, скованно, его длинные ноги то и дело предательски разъезжались в разные стороны, а по напряженному лицу было отчетливо видно, что он жутко злится. Ему категорически не нравилось происходящее, не нравился этот скользкий лед и собственная неуклюжесть.
А Женька, наивная душа, тем временем ждала чуда. Она ведь специально подговорила Бао, чтобы тот на полной скорости слегка наехал на них с Укуном. План казался надежным, как швейцарские часы. В прошлый раз Великий Мудрец ведь тоже вовсю притворялся, будто совершенно не умеет стоять на коньках. А потом, когда на Женю едва не влетела сумасшедшая парочка, он в долю секунды показал виртуозные чудеса: лихо ушел от столкновения, эффектно развернулся и спас ее от падения. Женя верила, что экстремальная ситуация снова пробудит в нем боевые рефлексы.