На кухне возле окна, подпирая боком холодильник, обнаружился Сунь Укун.
— Теперь у тебя два холодильника, — хохотнула Лизка.- Надо же такой двухметровый…
— Лиза, сядь. Ты не понимаешь масштабность катастрофы. Приедет мама, папа и — внимание!- Есения с мужем и детьми. Есения!
Лизка нашла на столе в вазочке орехи, хрумкала себе спокойно, и теперь аж поперхнулась от такого заявления.
— Вот, такой реакции я и ждала.
— Что я подавлюсь и помру на твоей кухне?
— Я не знаю что делать! — Женька, казалось, ничего не слышала. Она рассекала небольшое пространство кухни и говорила, говорила. — Они приедут знакомиться с Глебом. Я же сказала им, что мы планируем пожениться. Вот, приедут знакомиться. Только не с кем! И мама будет бурчать, папа будет печально вздыхать, что их дочь останется старой девой!
Сунь Укун в уголочке похихикал сейчас или Жене показалось? Когда она посмотрела на него, он старательно делал вид что его пробило на кашель.
— Но самое главное — Есения! Есения, Лиз! Она будет злорадно испускать яд, как обычно! И мы подеремся!
— Тетя, не мельтеши и сядь, — приказала Лизка. Женя послушно села и тут же встала. Хотела возразить, но Лиза перебила. — Тебе сколько лет, а? Ты рассказываешь истории двадцатилетней давности. Да, в детстве вы с Есенькой знатно попили кровушки и у друг друга и у родителей. Но сейчас вам по тридцать лет, барышни. О каких драках ты говоришь? Максимум плюнет ядом и все.
— Отсутствие своих детей делает меня инфантильной. Видимо, — буркнула Женя и наконец села за стол. Подперла голову руками. — Ведь она приедет и будет хвастаться мужем и детьми. А про меня начнется, что биологические часы тикают, что из-за вредного характера я не найду себе нормального мужа и что никогда у меня не получится стать писателем, потому что я полная неудачница.
— Но характер у тебя и правда скверный, — вдруг выдал Сунь Укун. — Тебе нужно быть сдержаннее и скромнее.
Женя и Лиза уставились на него. Будто холодильник вдруг заговорил.
— Или обезьяна… — проговорила Лизка. — Тебе не понять, — добавила она громче, обращаясь к мужчине, — у нас с Женькой и ее сестрицей холивар еще с детства. Ты еще Есению не видел. А Женька никакая не вредная, она ангел во плоти.
— Да ладно тебе…- Женя отмахнулась.
— А что, я неправду говорю? Терпела этого Глеба, а он оказался таким подлючим. Ушел и слова не сказал.
— Сбежал от дурного характера, — ухмыльнулся мужчина.
— Да я тебе!.. — Мелкая Лизка встала из-за стола и …что она собиралась сделать супротив Сунь Укуна непонятно, но выглядела при этом свирепо.
— Лиз, сядь.
— А что, пусть он исполнит желание. Ты говорила, что он исполнит любые твои желания. Кстати, а чего твои исполнит, а мне такого счастья не свезло? Где моя золотая рыбка?
— Он — мой покровитель. Мой покровитель — Царь Обезьян, а не золотая рыбка.
— Что за покровитель? Тотемное животное что ли? А чего, к примеру, — Лизка окинула Сунь Укуна долгим задумчивым взглядом с ног до головы, — не волк или дракон, как в твоих книжках? Обезьяна какая-то… Горилла еще ничего. А если он в макаку превращается?