— Если бы кто-то попытался покинуть станцию заранее — это было бы видно. Но все про это молчат, — сказал Итиро Гото и, покосившись на Генерального координатора, добавил: — Пока что молчат.
— Для нас отходной манёвр твоего сына означал бы объявление войны, Горо, — устало проговорил Накамура.
— Я понимаю.
— Надеюсь, наши ребята живы и смогли выбраться незамеченными. Но если они не свяжутся со штабом в течение нескольких суток, мы вынуждены будем считать их погибшими на задании. Я послал каждому из вас список поручений, которые нужно начать выполнять незамедлительно. Пока все свободны.
— Да, Накамура-сан, — проговорил Курода и исчез с сетчатки.
Итиро Гото тяжело вздохнул:
— Судно «Гипатия» было ардонским. Сейчас эти сволочи начнут спихивать всё на нас, лишь бы их не обвинили в пособничестве терроризму. Ардон первым с радостью ткнёт в Сигму пальцем, чтобы сохранить свои торговые квоты в Солнечной системе.
— Постарайтесь заткнуть им рты. Или хотя бы заставьте орать не так громко.
— Надеюсь, эта дипломатия ещё способна работать, — буркнул министр иностранных дел и, поклонившись, покинул кабинет.
Проводив его взглядом, Накамура посмотрел на Горо:
— Я надеюсь на лучшее. Кайто отличный малый.
— Я не знаю, что сказать жене, — глядя перед собой в одну точку, пробормотал Кавабата-сан.
— Соври ей.
— Не могу. Она ходячий нейросканер.
— Тогда просто сообщи то, что она хочет услышать. Надежда есть, Горо.
— Если у Кайто был выбор подставить государство под войну или умереть — он бы умер.
Кавабата-сан медленно встал из-за стола.
— Пойду работать. И позвоню Юмико.
Он вышел из кабинета и мысленно направил сигнал супруге. В голове не было ни единой мысли.
* * *
Через восемьдесят часов Солнечная система превратилась в пороховой погреб.
Объединённый Протекторат Земли не стал дожидаться итогов экспертиз. Их срочная директива вышла по всем каналам связи: гибель «Бургоса» официально признана актом терроризма. Улики были косвенными, но для взбешённого человечества неоспоримыми: данные внешнего мониторинга и пакеты со станции зафиксировали, что фрегат «Гипатия» был последним судном, пристыковавшимся к «Бургосу». Почти сразу после этого станция утонула в помехах, а спустя короткий промежуток времени перестала существовать. Для землян цепочка была очевидной: кайганцы пришли, «выключили свет» и взорвали всё за собой.
Ардон, верный своей политике выживания, нанёс удар в спину первым. Правительство системы Гамма Змеи опубликовало документы, согласно которым «Гипатия» была продана частному лицу из Сигмы Дракона ещё четыре месяца назад. Они умыли руки, оставив союзников один на один с обвинениями.
На Земле, Марсе и Титане вспыхнуло пламя. Толпы громили представительства кайганских корпораций, закидывая офисы камнями и заливая зеркальные фасады чёрной краской. Акции обеих сторон рухнули, окрасив проекции на сетчатках брокеров в тревожный алый цвет.
В транзитных узлах ситуация накалилась до предела. Кайганцев, пытавшихся вернуться домой, задерживали «для выяснения обстоятельств». Семьи сутками удерживали в досмотровых зонах без спальных мест и нормальной еды. Жалобы на бесчеловечное обращение и нарушение гражданских прав захлестнули дипломатические каналы, но Протекторат просто игнорировал ноты протеста.