— Заклинание, — прочитала Алина. — Длинное. Я попытаюсь произнести его.
Она попробовала. Получилось смешно. Звуки латыни коверкались, превращаясь в нелепые слоги. Я подавил желание засмеяться.
— Ты говоришь как пьяный священник, — я фыркнул. — Но это лучше, чем ничего.
— У нас есть 30 дней, — сказала Арина. — Если мы будем ждать случайную грозу, можем не успеть.
— Проверьте прогноз, — предложил я.
Алина открыла прогноз погоды. Через пять дней обещали сильную грозу. С молниями, ливнем. Со всем, что нам нужно.
— Пять дней, — задумалась Арина. — У нас есть пять дней, чтобы подготовиться.
— Мы должны быть готовы, — отрезала Алина. — В точности повторить ритуал.
Усталость навалилась на меня. Но внутри росла надежда. Первая настоящая надежда за все эти дни.
— Я расскажу вам правду, — я опустил голову. — Всю правду.
Близнецы уставились на меня. Жорик поднял голову.
— Я — Шик. Я был кроликом. Я жил в клетке, ел сено и слушал Моцарта. Я — аристократ. А ваш отец — раздолбай, который оскорблял меня и гладил против шерсти. Но я не хочу быть им. Я хочу быть собой.
— Мы знаем, — подтвердила Алина. — Мы всегда знали.
— Я хочу домой, — всхлипнул я. — В клетку, где сено. Я хочу, чтобы это тело исчезло из моей жизни навсегда.
Жорик спрыгнул с колен Алины и подошёл ко мне. Он посмотрел мне в глаза. Потом медленно, словно извиняясь, потёрся о мою ногу. Шерсть была тёплой и мягкой. Я не ожидал, что кролик может быть таким нежным.
— Он извиняется, — объяснила Арина. — Он понимает, что был неправ.
— Мы все ошибаемся, — признал я и погладил его. — Даже аристократы.
Мы составили план. Пять дней до грозы.
— Мы должны сделать всё в точности, — оазъяснила Арина. — Свечи, кровь, заклинание. И мы должны быть на лоджии в момент удара молнии.
— А если Маруся узнает? — сомневалась Алина.
— Она не должна узнать, — готов был в этом поклясться. — Я должен быть Жориком. Грубым, неряшливым, забывчивым. А я — идеальный. Это подозрительно.
— Ты должен постараться, — умоляла Арина. — Хотя бы на пять дней.
Закрыл глаза. «Быть как Жорик». Это самое трудное испытание в моей жизни.
— Я попытаюсь, — скрепя сердцем согласился я. — Но не обещаю. Это за пределами моей компетенции.
Алина подняла заклинание, переписанное на листок.
— Я выучу его наизусть, — решительным голосом сказала она. — Буду хранить его.
— А я буду командовать, — подвела итоги Арина. — Следить, чтобы всё шло по плану.
— А я, — выдвинул бедный я свою теорию, — буду стоять на лоджии и ждать молнию. И надеяться.
Мы замолчали. Тишина была странной. Жорик уснул у меня на коленях. Я чувствовал его маленькое тельце и дыхание. Думал о том, что мы больше не враги. Мы — команда.
Поздняя ночь накрыла квартиру. Я вышел на лоджию и посмотрел на небо. Облака плыли, скрывая звёзды. Где-то там, за горизонтом, уже собиралась гроза. Та самая, которая спасёт меня. Или уничтожит последнюю надежду.
Я вдохнул холодный воздух и прошептал, как клятву:
— Кролики — это серьёзно. Я справлюсь. Обещаю.
Ветер шевельнул мои волосы. Где-то далеко сверкнула молния. Я улыбнулся.