Внутри пахло, смесью запахов, от которых у Юи кружилась голова. Этот запах был густым и сложным, как дорогие духи: в нём смешивались ароматы старых свитков, сушёных трав от моли, рисового клея и тончайшей ткани, что впитывала благовония десятилетиями. На стенах висели образцы тканей — от скромного хлопка до драгоценной парчи, — а на низких полках стояли книги с записями о заказах, некоторым из которых насчитывалось больше полувека.
Госпожа О-Кику вышла навстречу сама — маленькая, круглая, как рисовая лепёшка, женщина с удивительно быстрыми для её комплекции движениями. Её лицо, покрытое тонкой сеткой морщин, светилось профессиональным радушием, а острые, как у сороки, глаза уже оценивали фигуру Юи, пока остальные ещё только обменивались приветствиями.
— Госпожа Асура! — она низко поклонилась, и её пучок, уложенный на затылке, качнулся. — Какая честь видеть вас снова так скоро.
— Да, — сухо ответила госпожа Асура, снимая перчатки. — Мы приехали на примерку. Гардероб уже должен быть готов.
— Готов, готов, — закивала О-Кику, жестом приглашая гостей пройти вглубь мастерской. — Все пять кимоно, как и договаривались. И, осмелюсь заметить, это одна из лучших работ, что мои мастерицы сделали за последние годы.
Она провела их в просторную комнату для примерок, где на специальных деревянных вешалках уже висели готовые кимоно, укрытые чехлами из тонкой рисовой бумаги. В комнате было светло: большие окна выходили во внутренний садик, где среди камней цвели поздние хризантемы.
Госпожа Асура медленно обвела взглядом вешалки и остановилась на одной из них.
— Покажите всё по порядку, — распорядилась она. — И начните с ритуального.
О-Кику почтительно поклонилась и сняла первый чехол. Под ним оказалось то самое кимоно цвета Земли — глубокого, тёплого оттенка, напоминающего плодородную почву после дождя. Серебряные нити в ткани мерцали, как влажная земля под луной, а по подолу тянулись вышитые корни, уходящие вниз и вширь.
Госпожа Асура шагнула ближе и провела пальцами по вышивке. Её лицо, обычно бесстрастное, дрогнуло.
— Хорошо, — произнесла она, и это слово прозвучало как высшая похвала из её уст. — Корни выглядят живыми.
— Благодарю, — О-Кику просияла. — Это была самая сложная часть работы. Шёлк для корней красили вручную, в семь оттенков — от терракотового до тёмно-коричневого. Мастерица, что вышивала, говорила, будто ей снились старые сосны, пока она работала.
— Сосны? — переспросила госпожа Асура с лёгким удивлением.
— Да, госпожа. Те, что растут в горах, вцепившись корнями в скалы. Она сказала, что хотела передать не просто узор, а… как бы это сказать… — О-Кику задумалась, подбирая слово, — суть. Суть земли, которая держит.
Госпожа Асура промолчала, но её пальцы задержались на вышивке на мгновение дольше, чем требовалось. Затем она отдёрнула руку и перешла к следующему кимоно.
— А это для первой встречи?
— Да, госпожа. Фиолетовый шёлк с пионами. Обратите внимание на лепестки: каждый проработан до прожилок. Золотая нить здесь не обычная, а с добавлением тончайшей медной проволоки — она будет мерцать при свечах, создавая иллюзию живых цветов.