«Спасибо. Я уже вызвала полицию. Отправьте мне видео, пожалуйста».
Дорогие мои! Завтра выходной. Встретимся в пятницу.
Глава 30. Долгая ночь
Амир
Я еду к Лене и сыну на скорости, кажется, превышающей все допустимые нормы. Сердце гулко бьётся в груди, ладони потеют, мысли путаются.
Во дворе стоит полицейская машина. Возле подъезда — скопление людей: несколько соседей переговариваются, обсуждают случившееся. Увидев меня, замолкают и провожают красноречивыми взглядами.
Я страшно злюсь — не столько на Майру, сколько на самого себя. Как я допустил это? Почему не предугадал, что она может что-то выкинуть? Телохранитель, с которого я спросил по полной, ответил, что сопроводил их до лифта и уехал, как и было оговорено. А весь ужас для них начался позже.
Поднимаюсь на нужный этаж и, выйдя из лифта, натыкаюсь на полицейского, который опрашивает соседей.
— Камеры есть? — спрашивает офицер.
— Есть, — отвечает женщина. Рядом с ней стоит мужчина средних лет — должно быть, муж. — На входе и в лифте. Старшая по дому уже скачивает записи. Полицейский кивает:
— Напишите ей, пусть спустится сюда. А да, ещё — пусть не скидывает в общий чат.
— Хорошо, — кивает женщина и достаёт из кармана халата телефон.
Я прохожу мимо них и останавливаюсь у закрытой двери, на которой красным баллончиком написано слово «Шлюха».
Сжимаю кулаки до хруста в суставах, беру телефон и набираю знакомого, который помог мне с телохранителем:
— Привет. Извини, что так поздно. Я скину телефон бывшей жены. Установи мне её локацию. Срочно. В долгу не останусь.
Нажимаю на ручку, открываю дверь и оказываюсь в прихожей. Тихо. Тим либо спит, либо его забрали родители Лены. Сама она сидит на диване в зале. Рядом другой офицер что-то записывает в блокнот. На Лене лица нет: волосы растрёпаны, кожа бледная, губы искусаны, глаза красные.
Когда я подхожу ближе, Лена поднимает голову. Её голос ровный, холодный, почти чужой:
— Вот её муж приехал. У него спросите, где её искать.
Полицейский, мужчина лет тридцати пяти, хмурится, оглядывает меня и спрашивает:
— Вы супруг Майры Рахимжановой?
— Да, — говорю коротко. — Мы в процессе развода.
Он вздыхает, просит меня выйти в коридор, но я, не слушая его, спрашиваю Лену:
— Где Тим?
— Спит, — цедит она сквозь зубы, поднимается с дивана и говорит полицейскому: — Я проверю ребёнка, хорошо?
Тот кивает и сразу переводит взгляд на меня.
— Расскажите, что между вами происходит.
— Сегодня должно было быть заседание по делу. Она не пришла. Последние месяцы ведёт себя неадекватно.
— В каком смысле неадекватно? — уточняет он, что-то записывая.
— Вспышки агрессии, — выдыхаю, как разъярённый бык. — Она уже приходила сюда, устроила скандал во дворе. После этого я приставил охрану.
— Где сейчас ваша супруга, знаете
— Нет. Десять минут назад звонил её родителям — у них не появлялась.
— Понятно, — он щёлкает ручкой, устало вздыхает. — По факту заявление принять можем. Но поймите правильно: формально состава преступления нет. Никто не пострадал, дверь не выбита. Максимум — административное нарушение и штраф за хулиганство.