Злость душит. На Майру, на себя. Если бы я сразу сказал Лене, что подал на развод, всё было бы иначе. Но я решил тянуть, думал время всё расставит по местам и я успею оформить развод за месяц. Дурак. Я не учёл, что Майра — актриса по натуре. Истеричка и манипулятор. Она обязательно найдёт, куда ударить. И нашла.
Я выезжаю на дорогу, жму на газ. Машина рвётся вперёд, а я сам на грани. Сигналю тем, кто лезет под колёса, подрезаю, кто-то орёт в открытое окно:
— Эй, куда прешь, придурок!
Мне всё равно. Пусть кричат. Внутри шумят только мысли о сыне. Лена сказала, Майра напугала его. Кожа скрипит под моими пальцами — настолько сильно я сжимаю руль от гнева. Я хотел разделить все по совести, но она уже играет грязно, и будет наказана.
Через двадцать минут я уже въезжаю во двор дома Лены. Паркуюсь, вылетаю наружу и быстрым шагом иду к подъезду. Проходя мимо бабушек, сидящих на скамейке, слышу диалог:
— Залётный какой-то.
— В первый раз вижу. А, в Ленкину квартиру небось. Значит, правду сказала та расфуфыренная. С женатым Ленка-то спуталась.
— Ой, Ленкин женатик, точно!
Я разворачиваюсь и насупившись смотрю на них так, что они как-то очень резво для старушек встают и уходят. Я жму на кнопки домофона. Гудки.
— Кто там?
— Я.
— Уходи.
Мерзкий короткий писк и я отрезан от связи. Я звоню снова, но она меня сбрасывает.
В этот момент из подъезда выходит девушка с собакой. Пропустив ее, вхожу внутрь, бегу по ступенькам наверх. Сердце шумит и работает, как мотор.
Звоню в её дверь — не открывает. Стучусь, будто пытаюсь пробить глухую стену. Но снова тишина.
— Амир, уйди, — её голос решительный, твердый. — Тим уснул. Ты его разбудишь. И вообще уходи. Иначе я полицию вызову.
Я прижимаю лоб к холодному железу. — Лена, прошу, открой. Я всё объясню.
Тишина. Не знаю, ушла ли она, или же все также стоит и смотрит на меня в глазок. Но я не уйду, пока не поговорю с ней и не увижу сына.
Я сажусь прямо на ступеньки. Время тянется, минуты ползут мучительно медленно. Я достаю телефон и пишу:Я буду сидеть здесь хоть до ночи, пока ты не выслушаешь.
Проходит еще пара минут и я слышу как щелкает замок. Дверь открывается и на площадку выглядывает Лена — уставшая, бледная, но суровая.
— Пять минут, — говорит холодно. — И на выход.
Я встаю.
— Тим правда уснул?
— Устал после дня рождения. Смотрел мультик и вырубился, — отвечает она ровно, будто отчёт сдаёт.
Я киваю и вхожу в прихожую. Дальше, я так понимаю, она меня не впустит, значит, поговорим здесь. — Лена, я виноват. Очень. Я должен был сказать сразу. Правда в том, что я подал на развод ещё до того, как встретил тебя в компании.
Она щурится.
— Ты был женат, когда мы переспали?
Я смотрю прямо.
— Нет. Я женился четыре года назад и уехал в Атырау. И детей у нас нет. Тим — мой единственный сын.
Она сжимает губы, дерзко отвечает:
— Вообще-то мне всё равно на твою личную жизнь. Я с тобой только из-за Тима общаюсь. Ну и ты мой начальник. Но будь добр, сделай так, чтоб я больше не видела твою жену ни в своем дворе, ни в своей жизни. Мне без разницы, что у вас за отношения. Разводитесь-сходитесь — фиолетово, честно, — прикладывает руку к груди. — Но за сына я порву любого.