— Со сметаной. Вот же ревнивец!
Они смотрели фильмы и объедались вкусностями. Это было весело и так обыденно, но вместе с тем эти простые вещи доставляли самое неподдельное удовольствие. Сунь Укун комментировал каждую минуту фильма “Жених напрокат”, ворчал и иронизировал, чем вызывал у Жени приступы хохота. Он критиковал кинг-конга вместе с Тарзаном и затаив дыхание слушал как Женя читает вслух “Маленький принц”.
-“… Я для тебя только лисица. Точно такая же, как сто тысяч других. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь единственный в целом свете.”, — сказал Лис” . Ты — мой Лис, потому что я тебя приручила,- поддразнивая, проговорила девушка. Голова Сунь Укуна покоилась на ее коленях. Его глаза внимательно следили за Жениными губами, за каждым произнесенным словом.
— Царь тут я.- Укун приподнял голову. — Значит и Принцем быть мне. А ты…
— Я обезьяна, знаю-знаю, это ты хочешь сказать. И всяческих титулов лишена напрочь.
— Ты обиделась?
Женя щелкнула царя по носу.
— Вот еще!
Он успокоился и снова опустил голову на ее колени. Прикрыл глаза, вслушиваясь в любимый голос.
-“…- Знаешь… сегодня ночью… лучше не приходи.
— Я тебя не оставлю.
— Тебе покажется, что мне больно. Покажется даже, что я умираю. Так уж оно бывает. Не приходи, не надо.
— Я тебя не оставлю.
— Видишь ли… это еще из-за змеи. Вдруг она тебя ужалит… Змеи ведь злые. Кого-нибудь ужалить для них удовольствие.
— Я тебя не оставлю…” .
— Я тебя не оставлю, — зачем-то повторил Сунь Укун. Женя перестала читать, разглядывая его лицо. Губы, нос, упрямый подбородок. Теплые карамельно-карие глаза и хмурую складочку меж бровями. Она провела по ней пальцем, разглаживая. — Это грустно. Почему так грустно?
— Потому что тебе понравилась эта история.
— У нее счастливый финал?
Вместо ответа Женя принялась читать дальше. Но Сунь Укун не дал. Он отложил книгу и потянулся к Жениным губам.
— Постой, ты не узнаешь финал. Укун…
Они целовались и шептали друг другу обещания. И нежность сквозила в каждом касании, вдохе и стоне.
Женя встала, чтобы поднять с пола свои шорты и футболку. Ноги чуть подрагивали от напряжения, и она рассмеялась. Обернулась к Укуну сказать, что он ее уморил за сегодняшние ночь и день. На мгновение Женя замерла глядя на мужчину. По его щекам текли слезы. Это было так неожиданно и трогательно, что девушка юркнула к нему и прижалась, целуя в плечо. Игриво заулыбалась.
— Милый, я, конечно, была великолепна пять минут назад, не отрицаю! Ты так растрогался, надо же. Но ты тоже огонь! Это было прекрасно!
— Что?
— Твои слезы. Ты аж прослезился.
Сунь Укун уставился на Женю. Его взгляд был каким-то уязвимым. Он потер ладонями лицо, стирая влагу. Он как будто не понимал, что плачет, не ощущал слезы. Смотрел на влажные ладони и не верил.
— Что с глазами? Ты меня пугаешь. — Женя коснулась кончиками пальцев его щеки. — Что случилось? Почему?
— Потому что ты умрешь.
Его голос звучал глухо, а взгляд был стеклянным. Женя убрала руку от его лица и сжала свои подрагивающие пальцы другой рукой.