«Кто же ты? — подумал я. — И зачем ты следишь за мной?»
Но ответа не было. Только дождь за окном и запах сандала, который всё ещё витал в воздухе.
Может быть, он был посланником Императора. А может быть, он был кем-то другим. Кем-то, кто знал мою тайну. Что я — кролик.
Эта мысль пугала меня. Но я отогнал её. У меня не было времени на страхи. Я должен был быть собой.
— Поедем домой, — предложил я.
— Да, — ответила Маруся. — Поедем.
Но в глубине души я знал: таинственный незнакомец вернётся. Он не мог исчезнуть просто так. Он был частью этой истории. И рано или поздно я узнаю, кто он и зачем он следит за мной.
Я посмотрел в зеркало заднего вида. На заднем сиденье никого не было. Но я чувствовал, что кто-то смотрит на меня. Откуда-то из темноты. «Кто ты?» — снова подумал я.
И не получил ответа.
Из темноты.
Глава 15. ВСЁ В СВОЙ ЧАС
Домой мы приехали, когда дождь уже закончился. Тяжёлые серые облака разошлись в стороны, словно кто-то невидимой рукой раздвинул плотный занавес. Показалось солнце. Лужи казались маленькими зеркалами, в котором отражалось небо. В воздухе пахло озоном и свежестью.
Я вышел из машины и остановился у обочины. Мои ноги дрожали. Человеческие ноги. Чужие, тяжёлые, но уже привычные. Я смотрел на небо и чувствовал, как внутри меня медленно утихает тревога. Сейчас небо было чистым, и я позволял себе дышать спокойно.
Маруся обошла машину и встала рядом со мной. Я слышал её дыхание, чуть учащённое. Она тоже переживала сегодня. Даже больше, чем я.
Мы молчали. Что было говорить после всего, что случилось? Что я — кролик?
— Я никогда не думала, что моя жизнь может быть такой необычной, — проговорила Маруся.
Сказала почти задумчиво. Она смотрела на мокрый асфальт и на своё отражение в луже. Я посмотрел на неё. На уставшее лицо, тени под глазами, сбившийся пучок волос. Она была красивой, даже сейчас. Я любил её. Не как кролик любит человека, который его кормит. А как член семьи. Тот, кто понимал, что дом — не место, а люди, которые рядом.
— Я тоже, — признался я. И сам удивился тому, как искренне прозвучал мой голос.
Она повернулась ко мне. Посмотрела в мои глаза. В глаза Жорика. И, наверное, впервые за все эти дни она увидела в них не мужа, а меня. Шика. Того самого чопорного кролика, который всегда сидел в клетке и смотрел на мир с лёгким презрением.
Я всегда чувствовал себя аристократом. Даже когда грыз сено и пил воду из поилки. И когда близнецы тискали меня и называли «пушистиком». Во мне жила гордость. Она заставляла меня держать спину прямо и не опускать голову. Она была моей сущностью. Частью, которую нельзя было отнять.
Мы вошли в дом. Там было тихо и тепло. Окна были распахнуты настежь, и в комнаты вливался свежий воздух, пахнущий мокрой листвой и землёй. Близнецы уже ждали нас. Они сидели в гостиной на диване. Смотрели на нас с тревогой. Арина держала в руках блокнот. Алина крутила в пальцах заколку, нервно и быстро.
— Что случилось? — спросила Арина.
Её голос дрожал. Она явно знала, что произошло что-то серьёзное. Может быть, они видели новости.