— Знаешь, о чём я думаю по ночам, мой нежный пион? — спросил он тихо. — О том, как ты стоишь вот так, близко-близко, и не можешь убежать.
Юи смотрела в пол.
— Пропустите меня, господин. Госпожа ждёт.
Он усмехнулся и отступил. Но в его глазах плескалось обещание, от которого у неё холодело внутри.
На четвёртый день недели, сразу после завтрака, госпожа Асура неожиданно вызвала Юи к себе.
Это было странно. Госпожа Асура редко обращалась к ней напрямую — обычно все распоряжения передавались через Саэ или О-Таки. Юи поспешно поправила кимоно, проверила, чисты ли руки, и направилась в малую гостиную, где госпожа любила проводить утренние часы.
Госпожа Асура сидела у окна, выходившего в восточный сад. Она была одета в строгое кимоно цвета индиго с гербами клана, и единственным украшением служила брошь из белого нефрита — подарок мужа на двадцатилетие свадьбы.
— Подойди, — сказала она, не оборачиваясь.
Юи приблизилась и поклонилась.
— Ты уезжаешь через две с половиной недели, — произнесла госпожа Асура, глядя в сад. — И ты поедешь как невеста клана Асука. Под именем моей дочери.
— Да, госпожа.
— Встань прямо. Дай посмотреть на тебя.
Юи выпрямилась. Госпожа Асура медленно обвела её взглядом — с головы до ног, оценивающе, как осматривают товар перед покупкой.
— Саэ стройна, как ива, — сказала она наконец. — У неё узкие плечи, тонкая талия, плоская грудь. Это фамильная черта женщин клана Воды. — Она сделала паузу. — Ты — нет.
Юи почувствовала, как к щекам приливает кровь. Она всегда знала, что её фигура отличается от фигуры Саэ. Там, где у госпожи были прямые линии и углы, у неё были изгибы — округлая грудь, заметные бёдра, мягкие плечи. В клане Ивасаки такие формы считались признаком здоровья и плодородия, даром Земли. Но здесь, в доме Воды, она стеснялась своего тела, прятала его под широкими кимоно и тугими поясами.
— Кимоно Саэ тебе не подойдут, — продолжила госпожа Асура. — Они будут жать в груди и висеть мешком на талии. А невеста клана Огня должна выглядеть безупречно. Мы не можем ударить в грязь лицом.
Она поднялась, оправляя складки кимоно.
— Мы едем к портнихе. Собирайся.
Экипаж госпожи Асуры был меньше и скромнее, чем у господина, но всё равно производил впечатление: лакированные бока, мягкие кожаные сиденья, занавески из плотного шёлка, защищающие от солнца и посторонних взглядов. Юи сидела напротив госпожи, стараясь занимать как можно меньше места, и смотрела в окно.
Они ехали по главной улице городка — не такого большого, как Киото или Осака, но оживлённого, шумного, пёстрого, словно лоскутное одеяло, сшитое из кусочков старого и нового. Экипаж мягко покачивался на рессорах, и Юи, прильнув к окну, смотрела во все глаза.
Это была не просто поездка за готовым гардеробом. Это был её первый за долгие месяцы выезд в мир, лежащий за воротами поместья Асура. И мир этот встретил её не сырыми стенами и влажными коридорами, а буйством осенних красок.
Воздух пах яблоками и дымом. Дымом от жаровен, где пекли сладкий картофель — местный деликатес, который торговцы заворачивали в бумагу и продавали приезжим. Приезжие были одеты пёстро: женщины в кимоно с узорами из кленовых листьев, мужчины в хаори с гербами, дети в шапках и шарфах.