Через три минуты ворота форта приоткрылись ровно настолько, чтобы пропустить внутрь троих солдат. Это была разведгруппа первой манипулы под командованием Спадка. Фракиец двигался быстро, почти не касаясь земли подошвами легких калиг. Его лицо, испачканное серой грязью и древесным углем для маскировки, было напряжено.
Я сошел со стены и направился к ним. К нам тут же присоединилась Валерия Децима, придерживая полы своего тяжелого дорожного плаща. Её жезл в правой руке был скрыт в специальном кожаном чехле на бедре, но я видел, как под сукном переливаются фиолетовые искры её готового к бою эфирного резерва.
— Докладывай, Спадок, — коротко скомандовал я, останавливаясь у цистерны.
Фракиец тяжело выдохнул, оперся руками о колени и сплюнул серую пыль. Его глаза блестели от адреналина.
— Они там, Центурион, — тихо, но отчетливо произнес он, косясь на туман за воротами. — Пепельные. Мы обнаружили их на перевале «Мертвая петля», в полутора часах ходьбы отсюда.
— Сколько их? — быстро спросила Валерия, делая шаг вперед.
— Не могу сказать точно, госпожа, — Спадок покачал головой. — Туман там такой, что собственную руку не разглядишь. Но это не просто банда мародеров. Это регулярный авангард. Мы насчитали не менее трех сотен активных эфирных сигнатур. И они ведут себя… странно. Они не идут на штурм. Они не разбивают лагерь. Они… они вбивают в скалы какие-то длинные костяные иглы.
— Костяные иглы? — я нахмурился, мгновенно запуская процесс сопоставления данных. — Опиши их форму и расположение.
— Длиной примерно в человеческий рост, серые, покрытые вырезанными рунами, — Спадок быстро начертил обломком ветки на сырой земле схему. — Они вбивают их по периметру верхнего карниза, который нависает над нашей западной стеной. Строго через каждые пятьдесят шагов. И вокруг этих игл воздух буквально дрожит. Мой личный канал начинал ныть, когда я приближался к ним ближе чем на сто метров.
Я посмотрел на Валерию. Её лицо мгновенно потеряло остатки румянца, став бледным, как горный кварц.
— Это резонансные проводники, Луций, — прошептала она, и её пальцы судорожно сжали навершие жезла. — Старая шаманская магия Пепельных. Они не собираются штурмовать наши стены пехотой. Эти иглы… они настраивают частоту колебаний базальтового пласта. Когда они объединят их в единую цепь и активируют ведущий кристалл, вся скала над нашей западной стеной просто… сойдет вниз. Нас похоронит под лавиной из тысяч тонн гранита и льда за одну секунду. И никакие щиты нас не спасут.
— Значит, они готовят направленный обрушение оползня, — констатировал я с холодным спокойствием спасателя, который привык работать на месте техногенных катастроф. — Геофизический расчет идеален. Наша западная стена упирается в тектонический разлом с углом наклона более сорока пяти градусов. Коэффициент сцепления пород там сейчас минимален из-за талой ледниковой воды. Им нужен лишь небольшой толчок на нужной частоте, чтобы вызвать катастрофический сдвиг. Сколько у нас времени, Валерия?
— Костяные иглы из некро-эфира требуют времени для насыщения энергией среды, — она быстро производила в уме расчеты, её глаза бегали по начерченной Спадком схеме. — При такой влажности и температуре… им понадобится около сорока восьми часов, чтобы контур достиг критической массы. Если пойдет снег, процесс может замедлиться, но не остановится.