11: Проект «Громовая фаланга»
Температура внутри кузницы заставы превышала тридцать градусов Цельсия, создавая удушливый, резкий контраст с ледяным адом, царившим за тонкими деревянными дверями. Воздух здесь был настолько плотным, что его, казалось, можно было резать ножом: он состоял из летучей взвеси угольной пыли, едкого дыма от сырого антрацита, испарений раскаленного машинного масла и тяжелого, сладковатого запаха плавящейся меди. Кузница походила на утробу какого-то доисторического механического чудовища, которое непрерывно хрипело кожаными мехами, плевалось оранжевыми искрами и содрогалось от мерных, тяжелых ударов молотов по наковальням.
Я стоял у центрального верстака, положив руки на его обугленную сосновую поверхность. Мое лицо было покрыто слоем темной сажи, смешанной с потом, а шерстяная туника пропиталась запахом дегтя. Рядом со мной стояла Валерия Децима. Она давно сняла свой изящный шелковый плащ с рунами Академии, оставшись в простой рабочей рубахе с засученными рукавами. Её лоб был перевязан грязной льняной лентой, чтобы пот не заливал глаза, но её серо-стальной взгляд оставался предельно сфокусированным на разложенных перед нами чертежах.
— Еще раз, Луций, — негромко произнесла она, перекрикивая глухой гул плавильного тигля. — Я хочу понять математическую логику твоего контура. Моя молния — это не вода. Её нельзя запереть в трубе. Это чистый, концентрированный хаос воздушного Эфира. Как только я выпущу импульс в твою «цепь», он устремится по кратчайшему пути к земле. Почему ты уверен, что этим путем не станут тела наших солдат?
Я взял со стола тяжелый бронзовый стилус и указал на схему поперечного сечения римского щита-скутума.
— Потому что электрический ток — а твоя молния, Валерия, подчиняется фундаментальным законам электродинамики — всегда движется по пути наименьшего электрического сопротивления, — спокойно ответил я. — Это закон Ома, выраженный в простых физических величинах. Удельное сопротивление человеческого тела, состоящего из соленой воды и органических тканей, колеблется в пределах от одной до ста тысяч Ом, в зависимости от влажности кожи и точки контакта. А теперь посмотри на это.
Я поднял с пола толстую, грубо протянутую медную проволоку диаметром около четырех миллиметров. Её поверхность была неровной, со следами кузнечных щипцов, но металл был чистым, без оксидной корки.
— Удельное сопротивление меди — всего семнадцать тысячных долей Ома на метр. Это значит, что медь проводит электрическую энергию примерно в миллион раз лучше, чем человеческое мясо и кости. Если мы создадим для твоей молнии непрерывный, замкнутый медный коридор с низким сопротивлением, она пройдет по нему, даже не заметив присутствия солдат, держащих щиты. Они для нее будут стократным барьером, в то время как медь — открытыми воротами.
Валерия прикусила губу, вглядываясь в чертеж. Её аналитический ум, очищенный от схоластических догм Академии, быстро впитывал эти новые, физические концепции.
— Но щит сделан из дерева, — возразила она. — Дерево намокает от снега. Влажное дерево проводит энергию.