«Всё пропало! — с горечью думал он. — Никто больше не уважает главу царства Землеморья!»
Правда, косо взглянув на жену, он заметил, что Мама О за последнее время тоже заметно похудела. Выходило, что ей тоже плохо, держалась на одном энтузиазме, а он — на нытье. «Она снова оказалась лучше меня», — уныло подумал орел. — «Всегда она такая: умница, молодец, оплот морали. А я, получается, просто пернатое недоразумение с короной». Папа О от стыда чуть не растаял в воздухе, как дым. Покуситься на детское молоко — это, конечно, был низший пилотаж.
Но он-то что? Он только на молоко позарился в минуту слабости, а она вообще решила присвоить себе человеческого детёныша! И где эта Красавица в розовом? Пора бы уже вернуться и забрать свое чудо, пока Папа О окончательно не превратился в чудовище на почве стресса.
Мама О тем временем явно обиделась на мужа за его чёрствость.
Внутри у Папы О сработал звонок — дал сигнал к дипломатическим действиям. Надо было срочно что-то делать!
Он вышел из укрытия, пошел между камней, выискивая что-то в сухой пыли. Срывал травинки, откидывал верблюжьи колючки и вдруг… наткнулся на пустынную розу, чудом уцелевшую под ветром и зноем. Подхватив её клювом, он торжественно принес «трофей» Маме О:
— Вот! Помнишь? Точь-в-точь такая же, как та, что я подарил тебе в наше первое свидание на скалах. Гляди, какая тугая! Аромат — чистый восторг!
Мама О не очень обрадовалась. Она лишь удобнее перехватила малышку и поплотнее сжала клюв. Папе О стало ясно: роза не сработала.
Он снова вернулся к валуну, осмотрел просторы. Солнце окончательно укатилось за горизонт, и небо расцвело холодными звездами. Они подозрительно напоминали грустные глаза той самой красавицы в розовом платье, которая, судя по всему, возвращаться не торопилась…
Глава 7. Папа О приносит тревожные вести
Ночь прошла тяжело.
Папа О мучился, переступал с лапы на лапу и всё никак не мог дождаться утра. То ему чудилось, что где-то за камнями шуршат чужие крылья, то казалось, будто малышка вот-вот снова расплачется, то он вдруг вспоминал красавицу в розовом платье и сердился на неё.
Мама О тоже почти не спала. Она сидела рядом с ребенком, укрывала его то крылышком, то одеяльцем, то снова крылышком — на всякий случай, чтобы уж наверняка. Малышка, к счастью, спала спокойно и даже во сне смешно причмокивала, будто ей снились облака из молока и мёда.
А на рассвете мама О решила, что пора уже домой:
— Сколько можно ждать?
Она стала устраиваться поудобнее, чтобы лететь с ребенком. Сначала положила малышку в одеяльце, потом попробовала зажать его в когтях, потом передумала и хотела пристроить на спину, но малышка тут же съехала набок, будто была не ребёнком, а круглым тёплым камешком. Тогда мама О нахмурилась, собрала крылья и принялась снова всё перекладывать.
Папа О наблюдал и всё больше мрачнел.
— Нет, — сказал он наконец. — Так не пойдёт.
— Это ещё почему?
— Потому что нельзя улетать, не разобравшись, — твёрдо сказал Папа О. — Мы улетим, а она вернётся.
— Мы тут можем просидеть целый год.