Папа О опустился рядом, почему-то сейчас пустая бутылочка не раздражала. Нет молока и ладно, не это главное.
— Ну? — тихо спросила Мама О.
Папа О открыл клюв, но слова будто застряли у него в горле. Он только покачал головой.
Мама О не стала его торопить. Она знала: если Папа О молчит, значит, дело и правда серьёзное.
Глава 8. Что будем делать?
Наконец он глухо проговорил:
— Карета разбилась.
Мама О медленно выпрямилась.
— Разбилась?
Папа О кивнул.
— В ущелье. От неё почти ничего не осталось. Колёса, дверца, обломки… и лохмотья розовой ткани на камнях.
Мама О посмотрела на спящую девочку, потом снова на мужа.
— А женщина? — спросила она. — Та самая, в розовом?
— Не знаю, — честно ответил Папа О. — Я никого не нашёл. И это мне не нравится. Карета есть, следы к обрыву есть, обломки внизу есть, а её нет! И кучера нет. И лошадей нет. Будто они… будто они исчезли раньше, чем карета упала. — Он зашагал по земле. — Это неправильно! Если карета упала, кто-то должен был остаться. Хоть кто-то! А там только ветер, камни и это жуткое молчание…
Мама О мягко придержала супруга:
— Дорогой, успокойся. Давай подумаем, что будем делать?
Он не сразу остановился.
— Ваше величество! — повторила она чуть твёрже.
Он замер и сердито поправил перья на груди, словно это были не перья, а королевская мантия.
— Что?
— Сядьте.
— Мне не сидится.
— А вы всё равно сядьте.
В её голосе было столько спокойствия, что даже мыши в норах перестали шуршать. Папа О недовольно фыркнул, но сел.
Мама О укрыла малышку получше и сказала:
— Значит, вот что мы знаем. Карета разбилась. Люди исчезли. А ребёнок оказался у нас. И это значит…
— Что это значит? — не дождался продолжения Папа О.
Мама О медленно перевела взгляд с Папы О на девочку. Потом обратно.
Малышка безмятежно спала: для неё не существовало ни ущелий, ни разбитых карет, ни таинственных пропаж. К её шапочке прилепилось маленькое белое пёрышко.
— Это значит, что эта малышка не случайность. Кто-то её спрятал у нас, — прошептала Мама О. — Или спас. И теперь она наша.
— Да⁈ — Папа О осёкся.
Мама О подсела ближе.
— Послушай, — сказала она. — Если в Землеморье творится что-то неладное, эта малышка может быть в опасности. Значит, наша задача просто её беречь и понять, кто она.
— Простая задача? — Папа О выпучил глаза. — Беречь загадочного ребёнка, искать пропавшую красавицу, разгадывать тайну разбитой кареты и, возможно, ускользать от кого-то, кто гонится за ней и умеет исчезать без следа? Очень просто? Да тут проблем на всё царство хватит!
— Я же не сказала, что будет легко, — заметила Мама О. — Я сказала — просто. Сначала одно, потом другое.
— И все равно я против. Как мы притащим во дворец эту малышку? Что скажем сыновьям, придворным? Допустим, сыновья скроют нашу тайну, а придворные разболтают через три минуты.
— Через две, — мрачно поправила Мама О.
— Поэтому оставим её здесь. Вдруг кто найдёт из добрых людей, заберёт.
— Мы здесь с тобой провели вечер, ночь, утро. И где эти твои добрые люди? Ау! Люди добрые! Где вы? Хоть бы один появился.