Глава 39. Черные тучи
Ка О думала, что ветер — это просто невидимая, мягкая, дорога, по которой можно идти не ногами, а всем телом. Стоит только чуть-чуть наклониться вперед, развести крылья, почувствовать плечами теплый поток — и он подхватит.
И тогда земля начинает медленно уходить вниз.
— Я лечу! — крикнула Ка О.
Ветер унес ее голос назад, растрепал, разорвал на тонкие ниточки и смешал с шумом травы.
Папа говорил, что в воздухе нельзя быть самоуверенной. Воздух этого не любит. Он ласковый только с теми, кто слушает. А кто нарушает правила, того он может перевернуть, закружить, швырнуть вниз или подбросить вверх. У ветра бывают всякие сюрпризы: теплые восходящие струи, пустые провалы, косые удары сбоку, а иногда и такие опасные вещи, как смерчи и ураганы.
Ка О это знала. Но знать на земле — одно, а чувствовать в воздухе — совсем другое.
На земле слова папы были просто словами. А здесь каждое слово стало живым.
Вот под левым крылом поднялся теплый поток. Он пришел снизу, от нагретых камней, осторожно толкнул Ка О в бок. Она, как учил папа, не стала с ним бороться. Только чуть повернула крылья и плечи — и поток понес ее выше.
Ка О оглянулась. Родители были недалеко. Папа летел чуть выше и сбоку, мама — ниже, ближе к камням. Она махнула Ка О крылом, словно предупреждая: «Тише. Осторожнее. Не увлекайся».
А как тут не увлечься? Такой прекрасный воздух!
Он был разным. Внизу — густой, теплый, пахнущий травой. Выше — прохладнее, звонче. Иногда Ка О вдруг поднимало вверх, и тогда живот делался легким-легким. Иногда, наоборот, поток пропадал, и Ка О на мгновение проваливалась. Тогда сердце ухало вниз раньше нее, а она торопливо ловила новый слой воздуха — руками, крыльями, плечами, спиной.
Ловить ветер было очень интересно.
Он ведь невидимый, а все равно его чувствуешь. Вот он гладит щеку — значит, идет справа. Вот дернул за перья — значит, сверху завихрение. Вот вдруг стало тихо-тихо, будто Ка О положили в пустой карман, и туда лучше не соваться без надобности.
Папа называл это воздушными ямами. Ка О раньше казалось, что это просто смешное выражение. Какая же яма может быть там, где ничего нет?
А теперь она сама почувствовала: может. Еще какая.
Ка О вытянулась, поймала восходящий поток и пошла по нему кругом, как ходят птицы. Первый круг получился кривой. Второй — лучше. На третьем ее вдруг так ровно понесло вверх, что она невольно засмеялась.
— Я могу! — крикнула Ка О ветру и опять оглянулась.
Папа был ближе. Он что-то показывал крылом: наверное, велел не подниматься выше. Мама тоже смотрела на Ка О, и ей показалось, что мама улыбается. Может, и правда улыбалась. А может, это солнце скользнуло по ее клюву.
В воздухе все бывает не совсем так, как на земле: близкое кажется далеким, далекое — близким, а одна минута может растянуться на целый день.
— Спускайся вон к тому камню! — услышала Ка О обрывок маминых слов.
Впереди лежал серый круглый камень, похожий на спину огромного зверя. До него было совсем немного.
— Только осторожно!
Папа зря тревожился. Ка О уже почти умела летать.