Упырь за окном радостно встрепенулся. Красавица в платье из лилий осторожно подняла голову на волосатое чудовище с выражением восторженного щенка.
— Идём, милая, идём, — проворковала Кривульга уже мягче. — Не бойся. Он страшный только снаружи. Внутри, может, быть и добрым.
Упырь смущённо кашлянул.
— У-у?
— Не укай мне тут, — сказала ведьма. — Ноги вытер. И лапы тоже.
Упырь послушно потёр одну огромную ступню о другую, от чего возле порога образовалась маленькая грязевая гора. Красавица вошла следом. Когда она переступила порог, болотные лилии на её платье тихо зашуршали, словно живые, а воздух в избушке наполнился запахом ландышей.
Ведьма налила ароматного чая с лесными травами, о чем-то думая, долго мешала ложкой.
— Пейте, родненькие, радуйтесь, — сказала Кривульга. — А потом мне за дело приниматься. Чую, не обойдётся здесь без моего вмешательства.
Она сказала это почти ласково.
Но после этих слов в избушке стало холоднее.
Даже упырь перестал улыбаться. Красавица прижала чашку к груди и посмотрела на ведьму большими испуганными глазами.
Кривульга подошла к пузырьку с водой из Фонтана Сил. Взяла его двумя пальцами, подняла к свету и встряхнула.
Вода внутри вспыхнула серебром.
— Эхо-хо-хошеньки, — протянула Кривульга. — Никогда не творила добрые дела. Никогда не тратила водицу на прелести. Цветочки, девицы, румяные щёчки… тьфу. Старею, что ли? Но раз уж день такой безобразный, — сказала ведьма, — доведём безобразие до конца.
Глава 37. Страж
— Что вы собираетесь делать? — спросила Красавица.
— Вмешиваться, — сказала Кривульга. — Я же сказала. Или у вас от страха уши пухом заросли?
— Это опасно?
— Здесь всё опасно, милая. Даже чай.
Упырь уже тянулся к чашке.
— Не пей, — шепнула Красавица.
— Я и не собиралась, — ответил Упырь, хотя очень даже собиралась.
Кривульга подошла к чану, который был старше дома. По краям ползли трещины. На дне ворочалась густая чернота.
Ведьма сорвала пробку с пузырька.
Избушка застонала.
Под полом затопали маленькие невидимые ноги. Стропила выгнулись. Табуретка сама собой перевернулась ножками к стене.
Кривульга наклонила пузырёк. Тонкая струйка воды упала в чан. Сначала не случилось ничего. Потом чернота втянула воду со звуком последнего вздоха.
Красавица вцепилась в лапу Упыря.
По поверхности пошли круги — один темнее другого. Жидкость поднялась, закрутилась и свернулась в воронку.
— Эй… — прошептал Упырь и заслонил Красавицу своей огромной лапой.
Кривульга бросила в чан горсть сухих трав. Они вспыхнули синим пламенем и сразу утонули. Потом добавила три капли болотной смолы, щепоть пепла из давно сгоревшего гнезда и маленькое белое пёрышко.
Пёрышко зависло над чаном, задрожало и почернело по краям.
— Не нравится мне это, — сказал Упырь.
— Мне тоже, — ответила Кривульга. — Потому, может, и сработает.
Она взяла длинную костяную мешалку.
Чан заурчал. Из глубины поднялся запах малины и древнего пожара. На стенах проступили тени, поползли навстречу друг другу.
— Кривульга, — сказала Красавица. — Что вы вызываете?
Ведьма не ответила.