Эржебет повернула голову, разглядывая танцующих гостей, и ее спокойное, исполненное достоинства лицо осветила восторженная улыбка. Тетя Клара, облаченная в лазурный бархат – цвет, который уже не носили дамы ее возраста, но который так шел ей, – появилась в сопровождении любовника, явно гораздо моложе ее. Эржебет тут же почувствовала к нему необъяснимую неприязнь. Смуглый, надменный, похожий не то на итальянца, не то на испанца, он откровенно пожирал ее глазами.
Тетя и племянница искренне и сердечно обнялись, и Эржебет с наслаждением вдохнула знакомый тетин запах – сладкий, обволакивающий, отчего-то напоминающий о неге далеких турецких дворцов и султанских гаремов.
– Ты стала настоящей красавицей, – прошептала тетя, целуя Эржебет в щеку. – Твоему мужу стоит бояться оставлять тебя одну.
Ференц тут же поднялся со своего места, чтобы поприветствовать Клару Батори, и отвесил ей поклон. Он был наслышан о родственнице молодой жены не с лучшей стороны, но Эржебет боготворила тетю, и ему оставалось лишь проявить деликатность.
– Ференц, милый, – заговорила она нежным голосом, от которого у него снова заиграла кровь. – Я покину тебя ненадолго.
Племянница увлекла тетю прочь, в одну из галерей, куда шум брачного пира доносился лишь отдаленно, позволяя говорить спокойно.
– Твой муж без ума от тебя, – с громким смешком проговорила Клара. – Впрочем, я и не сомневалась, что мои наставления пойдут тебе на пользу.
Эржебет рассмеялась, признавая тетину правоту.
– Я запомнила все, что ты говорила мне, – ответила она. – И не теряла времени напрасно. Старалась делать все по указке Оршолии, хотя порой она изводила меня своими нравоучениями. Но теперь она мне ничего не говорит, – с легкой гордостью добавила Эржебет. – А еще ты порадуешь меня, если навестишь нас в новом доме. Мы отправимся на охоту, устроим бал!
– Непременно. Но пока советую не отвлекаться на гостей и получить внимание от своего мужа – то, которое он жаждет излить на тебя. Не отталкивай его, и ты обретешь верного союзника. У тебя есть все, чтобы он не отходил от тебя ни на шаг.
– Может, и так, – признала Эржебет, – но есть вещи, которые я не могу обсуждать с ним. Они предназначены только для тебя.
Она принялась увлеченно рассказывать о Шарваре, его тенях и призраках, о болотной ведьме, делившейся с ней знаниями, и, конечно, не умолчала о своем маленьком приключении – о том, как добывала ценную мандрагору. Тетя слушала, кивала и загадочно улыбалась.
– Я знала, что время, которое мы провели в старом Эчеде, пойдет тебе на пользу. Я привезла кое-что и надеюсь, мои подарки пригодятся тебе.
– О, тетя, дорогая! Мое любопытство слишком велико! Что же это?
– Пользуясь привилегией близкого родства, я велела отнести мой свадебный дар прямо в твои покои. Там ты найдешь сундучок, повязанный алыми лентами. Но то, что в нем лежит, предназначено только для тебя одной. Не позволяй никому прикасаться к моему подарку. Обещаешь?
Эржебет тут же дала обещание. Ее терзало жгучее любопытство: что же скрывалось в том сундуке? А Клара Батори продолжала: