— Мы работали с ним, и я немного расспросила его.
— И что он сказал? — удивилась Эвелин.
Дэниелс задорно улыбнулась.
— Я спросила, что он чувствует к тебе, а он ответил, что ты и твое счастье для него являетесь главной целью и попросил нас не обижаться на него за это. А на вопрос, когда это началось, он сказал, что возможно, раньше, чем понял сам. Еще до высадки на планету ты занимала его мысли больше прочих.
— Даже так? — Эвелин вспомнила, как отстранила его. А ведь она тогда не понимала, что вызывает в нем хоть какие-то чувства.
— На самом деле это немного пугает, если задуматься о том, что он не из плоти и крови. Как может кто-то неживой чувствовать? — с немного печальной улыбкой произнесла Дэни. — Но, я думаю, мы в корне неверно понимаем смысл слов «живой» и «чувства». Считается, часть эмоций даны нам от рождения: гнев, страх, грусть, отвращение и радость. Все эти эмоции — результат эволюции нервной системы. Остальным эмоциям мы учимся. Компания наделяет изначально своих андроидов любопытством, способностью понимать и воспроизводить эмоции людей и огромными ресурсами к саморазвитию. Из этого следует, что они в состоянии научиться чему угодно и вот, мы в этом убеждаемся. Я в принципе не против общества, состоящего хоть наполовину из машин. Главное — разумность.
— Согласна. — Эвелин ощущала нетерпеливую и волнительную нервозность, хоть совсем недавно готова была просто улечься спать. — Порой люди у власти куда меньше походят на живых.
— Это точно… Ладно, спокойной ночи. — Дэни зевнула. — «Завтра» встретимся.
— До завтра, — улыбнулась ей Эвелин.
В каюте снова никого не было, и Эвелин подумала, что Уолтер решил остаться в старой. Ну что ж, так даже лучше, наверное, а то она слишком устала. Она улеглась на свою уже почти родную постель и с удовольствием закрыла глаза. Между ней и смертельным холодом космоса находилась лишь обшивка корабля, к слову, не слишком толстая, однако, Эвелин наконец ощущала безопасность. По крайней мере, никто не выскочит из кустов, не отравит, не съест. Наконец можно было расслабиться и как следует поспать. Вот только сон не шел, несмотря на усталость. Она, как подросток, не могла успокоить бешеный стук сердца в груди. Как на зло воспоминания недавней близости всплывали в голове яркими вспышками.
Покрутившись с боку на бок, Эвелин сбросила покрывало и встала. Конечно, был вариант как-то справиться самой с накатившим желанием, но не хотелось растрачивать энергию в пустоту. Впервые в жизни она так сильно хотела секса с кем-то определенным. И это было ужасно маняще.
Эвелин встала, накинула поверх пижамы халат, сунула ноги в шлепки и решительно отправилась искать Уолтера.
— Ах! — вскрикнула она от неожиданности, столкнувшись с ним на пороге, когда дверь с шипением отъехала в сторону.
Уолтер стоял с силиконовой сумочкой ванных принадлежностей и в чистой одежде. Его волосы были влажными, но уже не мокрыми.
— Фуф, напугал… И давно ты тут?
Он слегка улыбнулся.
— Думал, ты спишь и не был уверен, что могу войти, не потревожив твой сон.