Однако, какими бы правильными и добропорядочными не были его действия и слова по отношению к несчастной колонистке, Эвелин видела его, в отличие от Рокси, и не была уверена, что все в его голове так, как кажется Рокси. Он хмурился, порой раздражался, следил за ней там, где следить не должен, разглядывал ее лицо порой совершенно бестактно, когда она даже не говорила с ним. И все бы ничего, это в принципе было в его стиле, но Рокси доверяла ему казалось, безгранично, что могло в будущем сыграть с ней злую шутку.
Эвелин никогда не выступала советчиком в делах сердечных, считая, что отношения между людьми сугубо их личное дело, но пожалуй, настало время вмешаться. И начать, пожалуй, стоило с Дэвида.
— Давай-ка мы протестируем твой мозг еще раз? — предложила Эвелин и коснулась плеча Рокси.
Дэвид обернулся и нахмурился.
— Вряд ли что-то поменялось за семь дней, — настороженно заметил он.
— А давайте! — Рокси вызвалась сама. — Вообще, последние дни мне так хорошо, что даже странно…
Она смущенно улыбнулась, Дэвид отвел взгляд, а желание Эвелин запихнуть Рокси в звуконепроницаемую комнату возросло до Оригаэ-6. Как только все приготовления были завершены и включено оборудование, Эвелин постучала указательным пальцем по плечу Дэвида.
— Ну и-и-и? — спросила она и откинулась в кресле, скрестив руки на груди. — Что происходит? Не хочешь рассказать?
— А должен? — он невинно округлил глаза.
— Теперь просто обязан!
— Тогда ты так же должна хотеть делиться со мной своими мыслями по поводу моего брата, — пожал плечами он.
— И я делюсь, если ты спрашиваешь!
— Далеко не всегда. — Он приподнял одну бровь. — Приблизительно в тридцати процентах случаев ты игнорировала мои вопросы, а в пятнадцати ругалась на меня за них.
— Потому что они бестактны, Дэвид! — Эвелин вскочила и прошлась по отсеку взад-вперед. — Не все можно спрашивать просто так!
— Но Уолтеру ты отвечаешь, — с печалью во взгляде произнес Дэвид, и Эвелин готова была поклясться, что он просто издевается, а потом напряглась.
— Что? — переспросила она. — Уолтер рассказывает тебе подробности?
— А что в этом такого? — теперь удивился Дэвид и пожалуй, искренне.
— Действительно… — Эвелин вздохнула и покачала головой. Эти двое все равно оставались непостижимой загадкой и порой пугали. Их понятия личных границ были не просто размытыми, а какими-то несуществующими. Но это практически не поддавалось коррективам и оставалось только смириться. — Что это за прическа у Рокси? Я, конечно, не лезу в твою душу, но Рокси — не Элизабет, я надеюсь, ты это понимаешь! А еще я надеюсь — ты понимаешь, что она начинает чувствовать к тебе.
— Я понимаю все, о чем ты говоришь, — сказал Дэвид и свел брови, глядя ровно перед собой. — И Рокси — не Элизабет. Я убедился в этом. Даже с ее прической не превратилась в нее. Это был своего рода эксперимент. И я не могу точно поймать момент, когда перестал думать об Элизабет в присутствии Рокси. Поначалу это было постоянно.
Эвелин вздохнула. Если все так, как он говорит, это неплохо. Она вернулась в кресло и глянула на экран, где было расписано подробное картирование образцов их с Рокси яйцеклеток.