Кроме того теперь Эвелин работала не одна. Разбудили врача общей практики Диану Войс. Она взяла на себя все терапевтические проблемы и разгрузила в работе, но ее язык точно был без костей, и Эвелин уставала за целый день сильнее, чем без нее. К счастью в новой партии проснулся еще один врач. Эвелин с надеждой ждала, когда он присоединится к ним, а она под предлогом исследований будет больше проводить времени в лаборатории с Рокси.
Уолтер начал разбивать теплицу. Пока небольшую и тоже под куполом из-за периодических пылевых горячих бурь. К ней вел надувной фольгированный рукав, по которому проходить было очень забавно — будто по батуту.
Том совсем погрузился в работу, Эвелин видела его теперь только во время ужина. Он все так же был приветлив и общителен, но прекратил настаивать на переезде. Возможно, временно. Так что Эвелин была готова и дальше держать оборону.
На улицу люди стали выходить чаще, но по ночам или поздними вечерами. Пусть процент кислорода оставлял желать лучшего, немного подышать таким воздухом было не страшно. Эвелин вытаскивала и Рокси. Та вообще последнее время превратилась в комок оголенных нервов. Разозлить или рассмешить ее совершенно ничего не стоило — она довольно нелегко перенесла повторное введение препарата, а отсутствие результата угнетало. Последние пару дней правда она находилась в необъяснимой эйфории, и Дэвид полагал, что это может быть побочный эффект.
Сегодня вечером они опять планировали «прогуляться», но Мама передала приближение сильной бури.
— Уолтер с Дэвидом в карьере, — произнесла Рокси. — Эвелин, идем встретим их.
Они пришли на крытую прозрачную веранду. У двери расхаживала взад-вперед нервная Дэни с рацией и то и дело вызывала «Карьер».
— Дэвид и Дональд должны были вернуться минут десять назад, — объяснила она, когда Эвелин подошла к ней.
Песок на поверхности уже поднимался в воздух вихрями, порывы ветра неистово крутили установленный рядом с выходом флигель.
— А Уолтер? — не поняла Эвелин.
— Остался в карьере следить за новым оборудованием.
— Но там опасно оставаться в такую непогоду! — Эвелин с ужасом уставилась в прозрачную стену, в которую с огромной скоростью бился песок.
— Да, — кивнула бледная Дэни. — Но мы не успели возвести защиту, кто-то должен был остаться. Если мы потеряем оборудование, восполнить его будет негде.
Эвелин обняла себя руками, по телу пробежал озноб.
— Карьер, прием! Вызывает Завет, — то и дело кричала в рацию Дэни. Рабочие рядом беспокойно перешептывались. Эвелин про себя умоляла судьбу пощадить застрявших в буре. Бежать простить кого-то выехать навстречу было бессмысленно. Если не успеть вернуться до разгара бури, можно сгореть вместе с машиной.
Вдруг сквозь вихри песка появилась одинокая фигура. Дональд шел один. Эвелин выскочила на улицу навстречу ему. Тяжелый, душный воздух ударил в лицо, горячий песок неприятно колол кожу. Дональд влетел в открытую дверь и закашлял, хрипло и судорожно дыша. Кислородной маски на нем не было.
— Что случилось? — крикнула Эвелин, схватив его за плечо. — Почему ты пешком? Где Дэвид?