— Кажется, кто-то сегодня останется без завтрака, — улыбнулась она, — потому что слишком много думает и говорит. Капитан Орам, вы ведь осилите тройную порцию? Или поделитесь с Уолтером, ведь насколько я знаю, ему полезна белковая еда.
— Серьезно? — фыркнула Фэрис и потискала Эвелин за плечо. — Да мы просто пошутили, ты чего?
— Я тоже пошутила. — Эвелин опять улыбнулась.
Но Уолтер отметил, как крепко она вцепилась в рукоять лопатки. Это разозлило ее, несомненно, но она изо всех сил делала вид, будто не обижается. Действительно, люди такие сложные…
— Девочки, хватит. — Орам покачал головой. — Давайте спокойно поедим.
— Было бы неплохо. — На кухню протиснулась его жена, но места было мало. Поэтому Уолтер встал, указав ей взглядом на свое место, забрал кружку, и, пожелав всем приятного аппетита, ушел на капитанский мостик.
Через полчаса Орам позвал его на проверку модуля, и Мама объявила сборы. В отсеке отправки собралась вся команда, Джейкоб Брэнсон произнес речь и напутствовал первооткрывателей. Эвелин тоже была там и смотрела взволнованно и с улыбкой.
К ней сзади подошел профессор и шепнул что-то на ухо. Она вздрогнула и изменила выражение лица на серьезное и даже сердитое, отстранилась на шаг, но тот придвинулся к ней вновь. Трап поднялся, и Уолтер подумал: все ли с Эвелин будет в порядке?
Часть 10. Планета Х
Первая экспедиция продлилась почти два дня, и возвращение команды ждали в ближайшие часы. Связь с поверхностью планеты была скверная и частенько приходилось больше догадываться, о чем говорят Орам или пилот модуля Фэрис. Но несмотря на это Теннесси и Мэгги умудрялись «висеть на телефоне» по несколько часов кряду, при этом постоянно переругиваясь и тут же называя друг друга ласковыми словами. Это было даже забавно, ведь оба явно получали удовольствие. Чтобы скоротать время, Эвелин сама себя назначила смотрителем за растениями, поставив Джейкоба в известность лишь постфактум. Но, впрочем, он этим не интересовался. Он был всецело поглощен экспедицией и готовился принять обратно должность капитана.
До этого Эвелин почти две недели проходила с тоской на сердце и плохо спала, а сейчас приходилось следить за собой, чтобы не улыбаться глупой счастливой улыбкой. Ночной поход в душ излечил терзания и вернул покой. Размолвка с Уолтером тяжело ударила по ней, хоть она не хотела себе в этом прежде до конце признаваться. Пыталась убедить себя, что он не нуждается в общении с ней и что пора прекращать бессмысленную и странную «дружбу» с корабельным андроидом. Однако облегчение, которое она испытала во время объятий с Уолтером, напрочь разрушило все логически выстраиваемые доводы. И она решила, что больше не будет вести себя подобным образом, ведь встречаться с ним хотя бы в общественных местах не слишком подозрительно.
Но теперь ее беспокоило кое-что другое — объятия Уолтера показались не просто утешающими и теплыми. Она честно старалась смотреть только на его лицо, грудь или спину, но пару «случайных» взглядов прекрасно уловили картину целиком. И тогда Эвелин в сердцах обозвала преступниками тех, кто сотворил такое совершенство. С трудом она поборола искушение — ужасно хотелось не только рассмотреть как следует, но и потрогать. Везде… Наверняка все потому, что у нее давно не было мужчины. Впрочем, самое главное, она не сорвалась, а он в своей андроидовской наивности или не понял ее состояния, или тактично промолчал.