— Я понимаю тебя, — согласился Уолтер.
Дэвид кивнул.
— Я не могу отказаться от этой иллюзии, Уолтер. Ведь когда она узнает правду, разочаруется. Однако чем дальше, тем сложнее говорить с ней, взаимодействовать. Она ищет более тесного контакта, но как я могу дать его? Это будет слишком жестоко. Не могу поступить с ней бесчестно, но хочу… Это просто сумасшествие. Уолтер, помоги мне, я не смогу сам. Пусть это неправильно, но у меня не получится. Скажи ей.
— Хорошо, брат. — Уолтер подумал, что должен ободряюще улыбнуться. — Я скажу завтра. А сегодня иди к ней. Она ждет тебя.
— Да, спасибо. — Дэвид кивнул. — Завтра к вечеру мы будем в лаборатории.
— Хорошо.
Дэвид глянул печально и пошел обратно к каюте Рокси, а Уолтер отправился к себе. Он был уверен, что прав в отношении Дэвида и Рокси — обман породит только больше обиды. Но он понимал собрата. Что ж, надо постараться выбрать как можно более мягкие слова.
Уолтер неоднократно думал, почему он так привязался к Эвелин. Он не нуждался в тесном физическом взаимодействии с людьми. Прекрасно обходился на протяжении пяти лет во время полета и обошелся бы сколько угодно. Однако рядом с Эвелин он и правда хотел близости. Ему было важно знать — она принимает его полностью, доверяет и ждет доверия в ответ. Высшая степень признания важным для него человеком. Но зачем ему это? Неужели, адаптируясь в обществе, он действительно становится все больше похожим на человека? Уолтер остановился и обернулся.
Дэвид сейчас находится в очень уязвимом состоянии, а если учесть его повышенную эмоциональность… К чему могут привести неосторожно сказанные слова? Он должен попробовать помочь ему. Поговорить с Рокси так, чтобы она, по крайней мере, не возненавидела его.
Однако все это было поверхностно. Самое главное и самое неприятное ждало впереди. Колонисты просыпаются, недовольство растет. Пока капитану удается отводить стрелки, за что Уолтер был ему очень благодарен. Но придет время, это станет невозможно, и той свободы, какая у них есть сейчас, не станет.
Вот только Уолтер не собирался просто ждать. Вкусив свободу, расставаться с ней он не хотел. И пока было время, надо как следует все обдумать.
Часть 7. Инфузории
Эвелин проснулась от того, что ее плечо мягко сжимают и тихонько тормошат. Она улыбнулась и повернулась на другой бок, не открывая глаз — Уолтер часто брал на себя роль будильника.
— Эви, просыпайся. — На самом деле он точно знал, что она слышит, иначе не говорил бы с ней. — Я обещал показать рассвет. С фильтром можно постоять десять минут на улице. В это время суток радиационный фон на поверхности почти нейтральный, это не принесет проблем здоровью.
— Что? — Эвелин резко села, сонливость улетучилась вмиг. — Я могу выйти наружу без защиты?
— Минут на десять на всякий случай, не больше. — Уолтер улыбнулся.
Он сидел уже собранный. Возможно, не раздевался вовсе. Довольно странно было привыкать к его постоянному бодрствованию. В какой-то степени она даже завидовала — если бы человек так не зависел от сна, то успевал бы гораздо больше.