Эвелин уселась на пол и принялась раздеваться. Уолтер присел рядом на корточки.
— Помочь? — уточнил он на всякий случай. Эвелин выглядела взъерошенной и все еще напуганной.
— Помоги, — согласилась она. — Что ты сделал? Я слышу щелчки за дверью.
— Включил режим бактерицидных рециркуляторов, — ответил он и принялся расшнуровывать ее ботинки, машинально отметив, что сейчас она не смущается его помощи в отличие от первого дня знакомства. — Это уничтожит большую часть опасных микробов. Беспорядком в медотсеке я займусь позже.
— Как хорошо, — пробормотала Эвелин и поморщилась, когда Уолтер стянул с больной ноги ботинок.
— Ближайшие полчаса двери корабля будут заблокированы, и мы не сможем выйти из медотсека.
— Ну и ладно, — улыбнулась она. — Зато отдохнем и придем в себя.
— Нам тоже предстоит пройти дезинфекцию.
Он снял с нее второй ботинок и помог стянуть комбинезон, оставив в футболке и штанах. Убрав ее защитный костюм и верхнюю одежду в блок очистки, он закрыл его и включил режим обработки.
— Идем. — Он протянул руку Эвелин, помог подняться, и они вдвоем встали по центру совсем небольшой по площади комнатки. — Понимаю, тебе тяжело, но придется постоять минут десять для более эффективной обработки.
Он активировал режим и подошел к Эвелин. В тот же миг комнату начал заполнять густой пар. Эвелин чихнула пару раз, а потом схватила Уолтера за руку, будто боялась упасть.
— Голова кружится, — прошептала она сдавленным и дрожащим голосом. — Уолтер, это же ты?
— Я, — ответил он, прислушиваясь к ее состоянию. Ее дыхание участилось, стало поверхностным и шумным. Ее рука вцепилась в его предплечье уже гораздо сильнее.
— Уолтер… — прошептала она. — Пожалуйста, не молчи. Говори что угодно… Например, что вы увидели, нашли сигнал или мы дернули вас раньше?
— Нашли, — начал он, не понимая, что с ней случилось. По идее это вещество было относительно безопасно для многоклеточных организмов.
Он принялся рассказывать о мрачном лесе с необъятными стволами, напоминающими секвойи, о просеке сваленных и обгоревших деревьев, о корабле и Элизабет Шоу. Когда закончилась обработка и туман ушел, Эвелин посмотрела на него открытым и благодарным взглядом.
— Спасибо, — произнесла она. — Идем, разберемся теперь с твоими ранами. А, смотри-ка, они в самом деле лучше выглядят.
— Разумеется, — согласился Уолтер. Хотя впрочем если бы это были обычные царапины такой же глубины, от них не осталось бы и следа. — Но я предлагаю вначале проверить твою ногу.
— Не-а, — она мотнула головой. — Никуда моя нога не денется. И судя по ощущениям, там легкое растяжение.
Эвелин безошибочно определила, в каком отсеке должны храниться хирургические инструменты; достав медицинские ножницы, скальпель и зажим, разложила на маленьком столике с одной стороны стены. Уолтер встал рядом со столом и положил на него руку.
— Понадобится зашивать? — уточнила Эвелин, усаживаясь на единственный круглый стул. — Или достаточно обработать края?
— Достаточно краев, — ответил он.
— Уменьшай чувствительность рецепторов, — улыбнулась она и важно добавила: — Приступаю к первичной хирургической обработке.