— И что тогда? Просто убьем их?
— Я предлагал тебе вариант. — Дэвид пожал плечами. — Мы можем их «перепрограммировать» на подчинение кому-то другому. Например, тебе, если хочешь.
Эвелин сгорбилась. Уолтер подумал, что она «на работе» совсем другая: серьезная и сосредоточенная, нет игривости и легкости во взгляде. К такой Эвелин лучше не приставать с заботой — не оценит. Она подняла на него взгляд, и с удивлением он отметил, что ее лицо смягчилось, складки на лбу разгладились, а щеки слегка порозовели. Уолтер улыбнулся, причем это вышло непреднамеренно. С Эвелин он многие вещи делал непреднамеренно. Вначале отобразит на лице эмоцию, а потом осознает ее.
— Ну что, идем, проведем небольшую операцию, — произнесла она, встала и размялась. — Какого размера лоскут я смогу взять, чтобы рана быстро зажила?
Уолтер задумался.
— А какой требуется?
— Приблизительно в полдюйма шириной и желательно с захватом более глубоких слоев, — произнес Дэвид. — Ты согласен, Уолтер?
Он кивнул. Дэвид многозначительно глянул на него и слегка нахмурился.
— Точно?
— Да.
Эвелин улыбнулась и отправилась в малую операционную, они с Дэвидом пошли следом. Уолтер сел за стол и положил левую руку, куда было указано. Эвелин надела колпак, маску, приготовила инструменты и обработала свои руки и его кожу на предплечье холодным раствором.
— Приступаю к операции, — заявила она, и глаза ее улыбнулись. — Уменьшай чувствительность рецепторов.
Уолтер кивнул и улыбнулся. Холодный скальпель коснулся кожи, делая небольшой надрез. Пришлось увеличить на максимум контроль над мышцами, чтобы не допустить непроизвольных сокращений — он не хотел расстраивать Эвелин, поэтому предпочел не говорить о своей проблеме. Дэвид с сомнением смотрел на него, но тоже молчал, и Уолтер благодарно кивнул ему, что тот не выдал его небольшую тайну.
Боль без возможности прекратить ее не была предпочтительной, она не нравилась Уолтеру, но боль, которую причиняла ему Эвелин, несла в себе какой-то совершенно другой смысл, и он уже не мог точно сказать, что перевешивает «приятно» или «неприятно». Неверное, стоило обсудить этот вопрос с ней, поискать ответы на него в курсах по самосознанию, однако Уолтер не хотел беспокоить Эвелин.
Она сделала еще один надрез и принялась медленно иссякать лоскут, внимательно рассматривая, как из сети синтетических сосудов вытекает гидравлика и тут же активируются процессы регенерации.
— Какая удивительная скорость заживления, — заявила она и продолжила в таком же медленном темпе. — Зрение не позволяет понять, что происходит на клеточном уровне, но выглядит это правда потрясающе.
Она зацепила биосинтетическое нервное волокно, отчего Уолтер сжал кулак свободной руки и непроизвольно дернулся. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы Эвелин заметила. Она подняла на него ошеломленный взгляд.
— Уолтер? — Она пару раз моргнула. — Ничего не хочешь сказать?
— Пожалуйста, постарайся закончить скорее, надрезы быстро заживают, я не могу отключить регенерацию.
— Похоже, не только регенерацию ты не можешь отключить, — сердито произнесла она и очень быстрым, почти моментальным и цельным движением нанесла порезы по тем же местам и отсекла небольшую полоску кожи, отчего Уолтер все-таки дернулся в конце — рефлексы предписывали именно это — уйти от источника боли. Убрав препарат в контейнер с консервантом она снова сердито глянула, ее пальцы подрагивали.