Уолтер глянул на нее и улыбнулся. Но едва его рот приоткрылся, Эвелин отстранилась и прижала на секунду пальцы к его губам.
— Знаю-знаю, это твой долг и все такое… — как можно серьезней произнесла она. — Не хочу слышать ничего из этого. Ты мог погибнуть из-за меня.
— Эвелин… — его голос странно дрогнул. — Ты говорила — я твой друг, и обещала рассказать о новых обязанностях.
Она вздохнула. Уолтер смотрел пристально и будто взволнованным. Она никогда прежде не видела его таким растерянным. Что же с ним произошло за последние пару часов? Что могло измениться? Он узнал о какой-то неприятности, но не хочет беспокоить людей? На самом деле, они все обречены? Нет, Уолтер не стал бы молчать. Эвелин ободряюще улыбнулась. Обычно он был тем, кто поддерживает, может быть, теперь ее очередь?
— Ты уже делаешь для меня гораздо больше, чем друг, — произнесла она, с изумлением отметив, как на миг округлились его глаза. — И мне уже безразлично, думаешь ты при этом о своем долге или о чем бы то ни было еще. Я просто тебе благодарна и надеюсь, что заботиться обо мне не слишком обременительно.
— Нисколько, — быстро произнес Уолтер и добавил тише и медленнее: — Для меня было обременительно, когда ты сказала, что я не нужен тебе.
— Извини. — Эвелин на миг поджала губы. — Я думала, так будет лучше.
— Почему?
— Потому что кое-кто видел, как я выходила из твоей каюты, — обреченно выдохнула Эвелин, опустив взгляд. — Не сложно догадаться, какие выводы она сделала. Она обещала молчать, но если остальные начнут думать так же, со временем, когда мы прилетели бы на планету, другие тоже могли бы захотеть разнообразить свою жизнь. Понимаешь, о чем я говорю?
Эвелин несмело подняла на него взгляд. Она не хотела говорить ему этого, боялась услышать о том, что ему все равно, или просто расстроить его.
— Понимаю, — тихо произнес он, не спуская с нее глаз. — Ты беспокоишься обо мне…
Он слегка свел брови.
— Если бы такое произошло… С тобой было бы все в порядке? — уточнила Эвелин, ругая себя за несдержанность. Не стоило говорить этого. Для него явно было проще жить, спокойно исполняя обязанности. Не делает ли она хуже?
— Подобное развитие событий не предпочтительно, — ответил он, нахмурившись сильнее, и добавил с серьезным видом: — Но я абсолютно уверен, чтоты никогда не будешь для меня в тягость.
На пару мгновений он опустил взгляд на ее губы, и Эвелин накрыло горячей волной внезапного возбуждения — сопротивляться самой себе было невозможно.
— Поцелуй меня, — произнесла она беззвучно, но была уверена — он понял.
Эвелин ждала неуместных вопросов с его стороны или нравоучений, непонимающего взгляда или неловкого молчания и растерянности. Но он просто наклонился к ней и коснулся ее губ своими в то же мгновение, как она произнесла вырвавшиеся внезапно слова. Не было даже мимолетной паузы. Как бы он выразился сам: «незамедлительно». От неожиданности перехватило дыхание, словно от первого в жизни поцелуя. Она моментально отстранилась.
Уолтер смотрел выжидающе, а его взгляд то опускался на ее губы, то поднимался на глаза. Эвелин вновь подалась вперед. Но теперь она скользнула пальцами по его шее, взъерошила волосы на затылке и только тогда прильнула к нему. Она то мягко сжимала, то отпускала теплые губы в нежном и медленном поцелуе. А он вторил ей, зеркально повторял ее движения и привносил нечто неуловимо свое, то слегка усиливая нажим, то напротив, уменьшая его. Когда Уолтер переместил руки на ее шею, невесомо поглаживая теплыми пальцами, Эвелин выгнулась навстречу ему, не сдержав стона удовольствия.