Новое правило появилось за несколько секунд.
Я вдруг вспомнила, как когда-то уговаривала людей просто кипятить воду.
Наверное, дом действительно изменился.
Не потому, что стал современным.
До этого ему было ещё лет тысяча.
Просто здесь начали верить последствиям быстрее привычек.
Парень под моей рукой вдруг кашлянул.
Я резко наклонилась.
«Слышишь меня?»
Веки дрогнули.
Ещё раз.
Он не открыл глаза, но повернул голову.
Я почувствовала, как отпустило плечи.
Совсем немного.
«Хорошо. Давай ещё.»
Руна придвинулась ближе.
Через несколько минут он наконец приоткрыл глаза.
Мутно посмотрел на меня.
«Холодно.»
Я рассмеялась от облегчения.
«Поздравляю. Очень разумная жалоба.»
Он снова закрыл глаза.
Но теперь уже сам.
К вечеру всех перенесли в большой дом, туда, где воздух проходил свободнее. За пострадавшими следили по очереди.
Я ещё несколько раз проверила парня.
Он просыпался.
Пил.
Отвечал.
Значит, сегодня смерть опять прошла мимо.
Ненадолго.
На Севере она вообще редко уходила далеко.
Ночью я сидела в лечебнице и перебирала остатки чистой ткани.
Дом затих.
За стенами шумел ветер.
Чужие корабли всё ещё стояли во фьорде.
Я почти убедила себя, что до утра больше ничего не случится.
Ошибка начинающего оптимиста.
Дверь открылась.
На пороге стоял Бьёрн.
За его спиной двое воинов держали незнакомого мужчину со связанными руками.
Одежда чужака была мокрой. На виске темнела кровь.
Бьёрн посмотрел на меня.
«С белого корабля.»
Я медленно отложила ткань.
Похоже, ночь только начиналась.
Глава 16 Белый учил
Пленник не хотел моей помощи.
Я поняла это сразу, как только Бьёрн втолкнул его в лечебницу.
Мужчина выпрямился, насколько позволяли связанные руки, и посмотрел сначала на меня, потом на стол с тканью и инструментами.
Отступил.
«Не трогай.»
Голос хриплый. Лет тридцать пять, может, чуть больше. Светлая борода слиплась от морской воды, на виске запеклась кровь. Ничего необычного.
Если не считать того, что он приплыл на одном из кораблей, которые требовали выдать меня.
Я посмотрела на Бьёрна.
«Где взяли?»
«У северного причала. Их лодка подошла слишком близко.»
«Один?»
«Двое ушли в воду. Этот не успел.»
Пленник что-то резко сказал на своём наречии.
Я поняла только половину.
Бьёрн усмехнулся.
«Говорит, сам решил остаться.»
«Конечно. Наверное, понравился вид.»
Я подошла ближе.
Пленник снова дёрнулся.
«Сядь.»
«Нет.»
«Хорошо.»
Я взяла чистую ткань, налила воду в миску и поставила на стол.
«Можешь постоять и залить кровью пол. Гудрун потом объяснит тебе, почему это было плохим решением.»
Бьёрн хмыкнул.
Мужчина посмотрел на нас обоих.
Потом всё-таки сел.
Уже победа.
Я отмыла кровь у виска. Рассечение оказалось неглубоким. Неприятным, но ничего страшного. Скорее всего, приложился головой о край лодки во время драки.
«Тошнит?»
Он молчал.
«Голова кружится?»
Молчание.
Я посмотрела ему в глаза.
Зрачки одинаковые.
Сознание ясное.
«Если хочешь умереть от гордости, придётся выбрать более серьёзную рану.»
Никакой реакции.
Тяжёлая публика.
Бьёрн стоял у двери, сложив руки на груди.
«Он говорил на корабле?»