А дальше мысль пошла еще интереснее. Все говорят, что нужен удобный интерфейс, чтобы человек положил работу в корзину и оформил покупку. Но ведь даже от комфорта накапливается усталость! Так что моя концепция покупок звучит так: «Я возвращаю вам настоящее удовольствие от покупки». Представьте, что на сайте ничего нет, кроме картинок. Без указания размеров, названий, дат и цен. Даже идея присвоить артикулы кажется излишней. Покупка становится настоящим приключением. Видишь картину, она тебе нравится, хочешь ее купить и только потом начинаешь выяснять все детали. По телефону! Звонок: «Здравствуйте, хотел бы купить картину, такую зеленую, где изображен лысеющий мужик».
Раньше от такой идеи меня бы передернуло (как фаната безупречного сервиса – напомню, у меня на «Авито» 5 звезд), но сейчас понимаю: в этом может быть утерянный кайф. Но пока нужно себе твердо сказать: я ничего не продаю до своей большой и хорошей выставки. У меня слишком мало работ. А хороших и вовсе почти нет. Можно продавать только те, что стоят особняком и не вписываются даже в какие-то мини-серии.
Попробовал вернуться к большому формату – вообще не идет. Останусь пока в этом сверх-мини формате (меньше 5 см), он мне сейчас как-то комфортен. На большее я просто не способен. Только крошечный, милипиздрюшечный формат.
Вчера посмотрел интервью художницы Наташи Хабаровой. Особенно зацепил момент, где она говорит, что часть какой-то своей картины ей совсем не нравится, прям бэ-э, но что делать с этим дальше, она не знает. Меня это расслабило. Я подумал: «Офигеть, даже такие маститые художники испытывают что-то похожее. Значит, это нормально». Почти ничего из того, что я делаю, мне не нравится. Очень редко бывают исключения. И вот главный момент: то немногое, что мне нравится, – я вообще не могу объяснить, как оно получилось. Это какой-то трюк, который будто сделал не я. И повторить не удается.
Еще один момент из интервью, который меня впечатлил: Наташа рассказывала, как к ней пришел мужик-натурщик (а она рисует только с натуры) и сидел с эрекцией, пока она его рисовала. У нее вообще были интересные мысли про тела, про их изображение. Этот эпизод заставил меня задуматься, не попробовать ли мне тоже порисовать с натуры. Потому что фигуры – это мое слабое место. Совсем не умею рисовать тела. Обычно рисую лица, головы, а тела у меня выглядят как странные головешки. Когда пытаюсь нарисовать тело, я в нем запутываюсь, словно в тине. Но, с другой стороны, это может быть несколько искусственный интерес. Ведь идти в академическую сторону я точно не собираюсь. Зачем тогда все это затевать? Думаю, здесь важно не торопиться. Нужно идти за своим интересом, за своими ощущениями, быть чутким к своим подводным течениям.
* * *
Забавная ситуация с выставкой в галерее a – s – t – r – a, на которую я не прошел.
Оказывается, они напечатали на витрине имена всех 750 художников, которые не прошли отбор. В их аккаунте потом разгорелись обсуждения: одни художники возмущались этим жестом, а другие, наоборот, специально ехали туда, чтобы сфоткать свое малюсенькое имя, выложить в инстаграм и биться в восторге. Мне лень ехать, чтобы проверить, есть ли там мое имя, но, наверное, есть.