– В смысле?
– Ну, я попросила его побыть со мной, пока Влад не придет, он согласился. Но когда Влад вернулся, сразу ушел. Прям выбежал.
– Свалил, значит, – констатировала Лида. В голосе зазвенели нотки неприязни. В отличие от Полины, подруга всегда судила мужчин с ледяной строгостью.
– Знаешь, – сказала Поля, – я, пожалуй, пойду, разыщу его.
– Давай, – отозвалась Лидия, – потом напиши, как сверишь показания. Особенно потряси его на предмет «нечеловеческой» тени, – проинструктировала она напоследок.
Полина обещала.
Айрат нашелся быстро. Сидел у импровизированного (пара досок на банках от краски) столика и жевал бутерброд. Полина уселась рядом. Старшой покосился на нее, затем вздохнул, судя по всему, принимая неизбежное, и поздоровался.
– Не хочешь разговаривать, да? – в лоб спросила девушка. Ее честность обезоружила, и взгляд Айрата потеплел. Он откашлялся:
– Да нет, давай поговорим.
Расспрашивать о подобном было странно, даже дико, но подле старшого все равно становилось легче. Несмотря на очевидное нежелание быть замешанным в этой истории, он от своих слов не отказывался: честность в обмен на честность. Мужчина подтвердил, что – да, видел фигуру (а не просто тень!) и даже добавил, что фигура смотрелась необычной – вытянутой, диспропорциональной.
– Знаешь, на видео ее больше нет, в смысле фигуры, – призналась девушка, – Пропала. Теперь просто обыкновенная тень.
Оба замолчали, каждый думая о своем. Полина – о том, как повезло, что кто-то помимо нее успел увидеть вчерашнего пришельца (а то бы и себе не доказала, что не тронулась). Айрат же вспоминал слова своей тетки о «жильцах». Так она называла существ, которые будто бы обитали повсюду, деля с людьми и дом, и лес, а иногдаи тело .
– Что думаешь? – наконец нарушила тишину Полина. Старшой пожал плечами.
– Думаю, что вчера ваш дом навестило нечто, – просто сказал он.
Во взгляде Поли отражалось сочувствие. Девушка явно понимала, как непросто ему дается их разговор. А еще верила: и тому, что Айрат говорил сейчас, и тому, что собирался рассказать – верила наперед.
Глава 11
Айрат вырос в деревне. Ну, точнее, согласно прописке, документам, мнению учителей и вечно занятых родителей он был городским парнем. Однако рос, то есть развивался, учился замечать мир и чувствовать людей, у тетьДины – бездетной сестры матери, старше ее на пятнадцать лет. Благо, Дина Петровна с большой охотой забирала мальчика на все каникулы – и летние, и зимние, и в межсезонье.
Жила тетьДина, пусть и в одиночку, в большом крепком доме. И умела, как казалось маленькому Айрату, все-превсе. В отличие от родителей, у которых дела делились строго на «мужские» и «женские», тетя учила племянника разному. И печь пухлые с золотистым бочком пирожки, и собирать грибы и травы, и ладить с соседями, и мастерить смешные игрушки из балбешки – части поленца, – и многому другому. Редким отличием ее от остальных взрослых было то, что тетка никогда не врала. А если Айрат задавал, как это у них называлось, «недетский» вопрос, тетьДина честно говорила, что отвечать не будет. Точнее, пока не будет.