«Да что опять стряслось? Почему Поля одна снаружи?» – устало думал Влад, выбираясь из машины. Жена уже шагала ему навстречу.
– Ты телефон не брал, – сказала девушка вместо приветствия, но в голосе не слышалось обвинений. – Айрат мне рассказал, что случилось.
Влад на секунду прикрыл глаза – че-е-е-рт, мобильник остался на стройке. Полина, наверное, переживала. Несмотря на свою обычную подозрительность в отношении старшого, когда речь касалось Поли, на этот раз он был ему благодарен.
– Слушай, – виновато сказал муж. – Прости, пожалуйста. Я совсем замотался с Глебом, даже не подумал позвонить.
В ответ Поля не стала ни злиться, ни жаловаться, просто грустно кивнула. Влад подумал, что последнее время совершенно перестал понимать или предугадывать ее настроение. Жена скандалила, когда все шло отлично, была спокойна во время ссор и вот теперь не обижалась на его забывчивость. Ну и тот ночной случай с ножницами…
Однако сегодня думать про обкромсанную бороду совсем не хотелось. Тянуло просто обнять Полю, пойти в дом, поужинать и лечь спать. Не помешал бы и выходной, но такой роскоши не предвиделось. Теперь, когда прораб в больнице с сотрясением и тремя переломами, вся стройка переходила полностью под ответственность Влада. Надо будет завтра позвонить и «обрадовать» клиента.
– Как это случилось? – спросила Полина, когда супруги поднимались по ступенькам к дому. Влад заметил, что, переступая порог, она слегка замешкалась.
– Да никто не знает, – ответил молодой человек, стягивая куртку вместе с футболкой одним махом. После стройки и больницы, хотелось поскорее умыться и переодеться. – Вообще непонятно, какого шута Глеб полез на крышу. Ребята сказали, разговаривал там с кем-то, только они не видели с кем. Потом Айрат даже опросил всех, и ни один не сознался.
– Не сознался в чем?
– В том, что был на крыше с Алексеевичем, – пояснил Влад, направляясь в ванную комнату. – Я сейчас вернусь, Полюш.
Девушке не хотелось, чтобы муж оставлял ее: даже на пару минут, даже будучи в другой комнате. Страх тяжелел, пух в груди, так и подмывало переложить хотя бы малую часть на Влада, но Поля сдерживалась. Скандал мог разрушить ту хрупкую близость, что только начала восстанавливаться. Кроме того, насторожили слова о «ком-то» на крыше. Полина, разумеется, понимала, что некто из рабочих действительно мог скрыть свое присутствие. Ведь Глеб Алексеевич серьезно травмирован и неприятные вопросы гарантированы. Но вот то, что ни один из строителей не видел человека, разговорившего с прорабом, казалось странным. В конце концов, чужаков здесь не было, все уже давно сработались… Тут мысль скакнула в совсем нехорошую сторону – припомнилось, что покойный Георгий Савельев тоже говорил с «кем-то» – с пустотой. Накатила новая волна ужаса. Полина с силой сжала кулаки, игнорируя импульс ворваться в ванную к мужу. Ногти впились в кожу и боль немного отвлекла, переключила фокус. Девушка сделала вдох и крикнула, стараясь контролировать свой голос:
– А что с Глебом Алексеевичем, он в порядке?
– Не в порядке Поль, – приглушенно отозвался муж, – но жить будет, и позвоночник, слава богу, не задет. Айрат уже позвонил его жене, она завтра приедет, будем решать.