– Не задаром, – предупредила бабулька, не выпуская из объятий бутыль.
– Конечно-конечно.
Деньги старушка потребовала только Лидины и Айрата. Собранной у обоих наличности не хватило до назначенной цены и старшой уже собирался выйти, чтобы попросить Влада добавить, но Марина Павловна его остановила:
– Не уж, от него не возьму. И вы не берите. Хватит и ваших.
Лида и Айрат, уже не спрашивая причин, согласились.
Расплатившись, Лидия решила снова попытать счастья и спросила:
– А четверговой соли у вас нет?
– И соль нужна? – прищурилась бабка.
– Нужна, – подтвердила Лида – Очень.
Хозяйка пожевала губами, а потом подошла к серванту, в котором за прозрачными, свежевымытыми стеклами громоздились чашки из разных сервизов, черно-белые фотографии, шкатулочки, фигурки и прочее старушечье богатство. Марина Павловна выдвинула нижний ящичек и достала небольшой мешочек, затем вынула из другого ящичка выглаженный носовой платок и аккуратно пересыпала черный порошок на ткань. Сложив платок в узелок, передала девушке.
Лида благодарно кивнула. Да, им явно не хватит этого количества, чтобы опоясать всю избу, но эта молчаливая готовность помочь ее тронула.
– Спасибо, – еще раз произнесла она на прощание.
– Помогай Господь, – кивнула хозяйка, и Лида снова подивилась странному сплетению христианства и суеверий. Интересно, что бы сказал модный настоятель церкви, если бы узнал, что его прихожанки торгуют крещенской водой?
– Теперь в Лениново, – сказала девушка, глядя на трекер. – Пишут, что курьер уже в пути.
– Хорошо. – Айрат завел двигатель. Ни один не произнес этого вслух, но про себя каждый понадеялся, что авитовская четверговая соль окажется настоящей.
Глава 34
Аврора Карповна наблюдала, как внук рубит осиновые ветки. Удар, удар, треск. Топорик какой-то новомодный, как и все у него. Этот, вроде, для туристических походов – с яркой оранжевой рукояткой. Подняв очередную хворостину, Андрей аккуратно складывал ее к будущей вязанке. Помогать себе, конечно, не разрешил, вместо этого бросил куртку на ближайший пенек и усадил туда пожилую женщину. Андрюша всегда был заботливым мальчиком, хоть и прошел все стадии детских и юношеских бунтарств – от драк, скрытого курева до гулянок и буйных ссор с родителями. С ней, однако, был мягче других, может быть, потому что сама Аврора Карповна никогда не пыталась его менять и воспитывать – не бабушкино это дело.
Противно запищал таймер, Андрей прицепил топорик к ремню и нажал на кнопку, заставляя устройство замолчать.
– Мне пора, бабуль, – сказал он, собирая остатки веток в охапку. – Нужно к Полине.
Старушка поднялась со своего пенька, встряхнула куртку Андрея, вздохнула. Переступать порог пятой избы совершенно не хотелось, но чтобы отпускать внука в одиночестве и речи не шло.
– Я с тобой.
Впрочем, за такое геройство пришлось еще побороться – Андрей наотрез отказывался подпускать бабушку к дому. Однако жадное время, поедавшее минуты скоро, горстями, работало против, и после короткой, энергичной перепалки, Фонареву все-таки пришлось сдаться. Аврора Карповна с сочувствием наблюдала, как ее любимец приходит к важному, но болезненному осознанию: он не может удержать бабушку, как еще недавно не мог остановить Лидию.