– Охранные символы, – объяснил Айрат, – их раньше использовали зодчие, чтобы оградить жилище от тьмы. Но должны сработать и здесь, – он слегка замешкался, помечая косяк очередной линией, а затем добавил. – Мне Ворон подсказал.
Работал старшой споро, и вскоре весь дверной наличник оказался испещрен густой резьбой.
– Что еще он тебе подсказал? – растерянно проговорила девушка, глядя, как буквально десяток минут назад непробиваемая дверь, распахнулась.
«И про что еще ты позабыл сказать нам?» – продолжила она уже про себя.
Айрат шагнул внутрь, так и не ответив.
Изба окатила незваных гостей ледяной тьмой. От обманчивого дружелюбного света, который еще недавно источал дом, не осталось и следа. Казалось, что громкое дыхание пришельцев было единственным признаком человеческого в этой мертвой мерзлоте. Если бы Лида могла что-то видеть, точно разглядела бы клочки пара, срывающиеся с губ ее спутников. В остальном дом ощущался совершенно пустым, запущенным – покинутым многие годы назад.
«Господи, да здесь же никого нет», – в панике подумала девушка, тоже стараясь заглатывать воздух ртом. Носом дышать было невыносимо – избяной смрад словно бы разъедал легкие.
– Влад! – выкрикнул Андрей в черноту, и Лиде снова захотелось стукнуть его. Да, это было трусливо, нерационально, подло, но она была уверена, что жилец пока не знает о непрошенном визите, а Фонарев будто нарочно старается обратить на них страшное внимание существа. Внезапная неприязнь к Андрею подступила подобно мутной воде, да что вообще такого можно было найти в этом тупом увальне? Лидия отодвинулась и немного отстала, не желая находиться подле Айрата и Фонарева.
«И вообще, – всплывали в голове все новые мысли, – ей здесь не место. С какой стати было ввязываться в эту авантюру? Чего ради она притащилась в какую-то глухомань, третью ночь не спит и играет в охотников за привидениями с этими деревенскими дураками».
Но Полина! Воспоминание о подруге обожгло, однако тут же померкло под тяжестью этого назойливого, странно-чужого голоса. А что Полина, она вечно в поисках себя, никогда толком не училась, не работала, ни о чем не заботилась, только ныла. Даже теперь этой нюне понадобилось, чтобы все плясали вокруг нее, рисковали жизнью – ведь наша звезда не может без драмы! Только Лиду все это совершенно не касается, поэтому нужно уходить отсюда, просто развернуться ивыйти .
Последнее слово засело в сознании, пульсируя словно маяк или тревожная кнопка. Казалось, что если сейчас не послушаться, обязательно случится что-то действительно плохое, непоправимое. Отступив еще на несколько шагов, она замерла, силясь разобраться, в какой стороне находилась дверь. Проклятая изба ощущалась какой-то бесконечной.
– Лида! – раздалось где-то впереди.
Опять этот Фонарев, нужно поторапливаться.
«Кричи-кричи, дорогой мой, – с ехидцей подумала девушка, стараясь двигаться тише. – Только меня ты тут больше не удержишь. Никто не удержит».
Не удержит, но и не поможет, если поблизости жилец.
А вот это была неприятная, пугающая мысль, Лидия порывисто выдохнула, затем с усилием расправила плечи. Ну и что с того? Она сумеет сама себя защитить. Это существо ведь боится железа. Рука ее на ощупь скользнула в карман джинсов, где находился кухонный нож, взятый взаймы у Авроры Карповны, пальцы крепко сомкнулись на рукоятке.