Он стоит на три ступеньки выше, и это дает ему преимущество. Он смотрит на меня сверху вниз. Его взгляд скользит по моему лицу, затем опускается на огромную розовую коробку в моих руках.
— Привет, — говорит он ровно.
— Здравствуй.
Он будто хочет сказать что-то еще. Я вижу, как напрягается его челюсть, как под кожей ходят желваки, как дергается кадык, когда он сглатывает. Но он молчит. Просто стоит, не давая мне пройти.
— Можно пройти? — наконец говорю я, слегка приподнимая коробку.
Он медленно, почти нехотя, отступает, освобождая дорогу.
— Проходи.
— Спасибо, — бормочу я и проскальзываю мимо, чувствуя на спине его взгляд.
Розовое пятно на подоконнике притягивало взгляды, как магнит. Букет был слишком идеальным и броским для этого маленького кабинета. Каждый, кто заглядывал ко мне, неизменно замечал его, ахал и охал.
— Ого, Марочка, это что за красота! — влетела Яна. Ее глаза загорелись азартом. — От поклонника? Можно сфоткать для инсты?
Я киваю, позволив ей устроить небольшую фотосессию. Ее восхищенные возгласы шли фоном, пока я проверяла текст и пыталась сосредоточиться. И тут меня отвлек звонок телефона. Глядя в экран, я потянулась за трубкой, сняла ее и поднесла к уху.
— Да?
— Марочка, это Макпал. Генеральный просит тебя подняться. Сейчас, пожалуйста.
Сердце едва заметно дрогнуло, но голос остался спокойным:
— Хорошо, иду.
Ну что еще, Миллер, ты хочешь от меня? Узнать, от кого цветы? Так ты и без меня это знаешь?
— Янчик, меня вызывают, я пошла, — говорю ей мягко в надежде, что она свернет свою фотосессию.
— Да-да, Марусь. Еще одну сделаю.
Жду, пока она закончит, после чего выхожу с ней из кабинета и иду к лестнице.
Поднявшись на третий этаж, подхожу к приемной и, сделав глубокий вдох, вхожу в просторный светлый кабинет. Макпал встречает меня легкой улыбкой и кивком. К Миллеру я вхожу, не постучав.
Он сидит за столом, пальцы летают по клавиатуре, и у меня перед глазами возникает картинка десятилетней давности. Тогда я воскресным утром зашла на кухню сонная, растрепанная и в пижаме. А он сидел за столом без футболки, но в штанах и печатал что-то. И он был такой красивый, серьезный, строгий, когда хмурился, читая текст про себя… только губы едва шевелились. Я не удержалась, подошла к нему сзади и обняла за плечи. Мне тогда казалось, что я самая счастливая на свете.
— Вызывал? — прогнав флешбэк, спрашиваю я безэмоционально.
Он медленно поднимает на меня глаза, и я на долю секунды теряюсь от того, что вижу в них на расстоянии. Нет, Миллер. Не надо, пожалуйста, начинать.
— Да. Проходи, садись.
А саундтрек, как всегда, можно послушать в моем ТГ канале
Глава 33. И кто-то не такой родной
Грустит в квартире тишина А в чашке недопитый день Когда разлюбишь ты меня Исчезнет лето насовсем И кто-то не такой родной Мне бросит в чашку рафинад Когда забудешь ты меня Никто не будет виноват
Виктория Дайнеко, "Я просто сразу от тебя уйду"
Между нами повисло молчание. То самое, упрямое и неуютное, в котором всегда тонули наши невысказанные слова. Солнечный луч резал пространство кабинета пополам. Я жду, пока он отодвинет ноутбук, и сдаюсь первой.