— Это он опять? — спрашиваю, укладывая на дно чемодана «Дайсон».
Он — это мужчина, с которым она познакомилась по приложению Match. Тому самому, где мы познакомились с Жанибеком. О нём я больше не слышала и надеюсь, что у него всё хорошо.
— Да-а, — выдыхает она со смесью азарта и робости. — Он уже предлагает встретиться. После двух дней! Я… боюсь.
Рядом кладу сланцы в пакете.
— Это лотерея, Лер. Как говорил Форрест Гамп: жизнь — как коробка конфет. Никогда не знаешь, что тебе попадётся.
— Вот тебе, например, повезло, да?
Я замираю на секунду и поднимаю на неё глаза.
— Да. Он был идеальным. Но…
Я не договариваю. Не хочу. Но Лера знает меня слишком хорошо. Она произносит одно слово, от которого внутри по-прежнему колет:
— Миллер.
— Нет, — качаю я головой слишком резко. — Дело не в нём. Во мне. В моих тараканах.
Лера смотрит на меня с пониманием, без капли осуждения.
— Он больше не приезжал? После… того раза?
— Нет. Он сейчас очень занят новым сезоном. Запускает новое «Утро».
— О-о-о! — Лера оживляется. — А я давно говорила, что эту богадельню пора прикрывать!
Я не могу сдержать слабую улыбку.
— Он ещё во что-то верит. Даёт им последний шанс.
— И ждёт, что ты ему тоже дашь? — её вопрос звучит тихо, но попадает точно в цель.
Наши взгляды встречаются. В её глазах — ни капли любопытства, только поддержка и та самая женская солидарность, которая не требует объяснений. Я поджимаю губы, чувствуя, как они подрагивают.
— Ждёт. Но я не готова. Я не хочу, чтобы снова было больно.
Лера кивает, будто и не ожидала другого ответа. Отмахивается, меняя тему:
— Ладно, не думай об этом. Наслаждайся поездкой. Привези мне сувенирчик! Что обычно привозят из Непала?
Я возвращаюсь к вещам и опускаю на дно шлёпки.
— Амулеты, подвески, чай, благовония.
— Амулетик мне привези! На удачу. Чтоб найти любовь всей моей жизни, — говорит она, подмигивая.
Я так благодарна ей за поддержку, за наш лёгкий смех, за то, что в истории с Миллером она всегда была на моей стороне.
— Хорошо, — обещаю я, разглядывая в руках босоножки на плоской подошве. — Как думаешь, я полечу в кроссовках, а там мне хватит шлёпок и сланцев? Или ещё эти взять?
Лера снисходительно отмахивается:
— Да хватит! Ты же всего на неделю. Ой, время так быстро пролетит.
Следующим утром родители заезжают за мной ровно в шесть. Я встречаю их одетая, с лёгким макияжем и готовая к приключениям. С братом и сестрой я попрощалась ещё вчера по телефону — сегодня рабочий день, у племянников уже началась школа. Как сказала Лера, неделя пролетит быстро, и в следующую субботу я уже буду дома.
Папа, молчаливый и сильный, спускает чемодан по лестнице и укладывает его в багажник своего «Паджерика». Я сажусь на заднее сиденье, слушаю в дороге, как они переговариваются о чём-то своём — о ценах на рынке, о соседях, о том, что послезавтра идти к тёте Гуле в гости. Их голоса — успокаивающий и такой родной фон. Я смотрю в окно на просыпающийся город. Улицы ещё пустынны, небо цвета спелых персиков постепенно светлеет.
Мне послезавтра тридцать один. Рубеж. И странно, что Миллер появился именно сейчас — целое десятилетие спустя, когда я прошла путь от вспыльчивой, безумно влюблённой девчонки до той, кто больше не верит в сказки про любовь.