— Подкуп?
— Переговоры.
Она усмехнулась.
— А ёжик уже добрый.
И кивнула на стол, где стояла наполовину пустая бутылка Merlot.
— Но твоё тоже интересно попробовать.
Улыбка у неё при этом была подозрительно шелково невинная. То есть совершенно точно опасная.
— И не думай, что я напьюсь настолько, чтобы с тобой спать!
После чего она взяла и безапелляционно ткнула своим идеально ухоженным пальчиком мне прямо в грудь, обозначая границы.
48. Бытовуха
ГЛАВА 48
Бытовуха
УЛЬЯНА
— Так, Самойлов, у меня к тебе серьезный вопрос, — я преградила ему путь в дверях спальни, растерянно крутя в руках мокрый кусок неонового текстиля. — Раз уж мы теперь делим одну комнату, где ты сушишь… э-эм… купальник?
Глеб, как раз собиравшийся выйти, притормозил в дверном проеме и окинул меня долгим, смешливым взглядом с ног до головы.
— Твоя детская непосредственность меня убивает, Кирьянова, — хрипло усмехнулся он. — Суши где хочешь. Только не на моей половине кровати.
— Конечно не там, — я вызывающе вздёрнула подбородок и сделала шаг навстречу, пресекая его попытку пройти. — Туда я уже насыпала крошек от пиццы.
Глеб замер, а затем в его глазах полыхнул тот самый порочный огонёк.
— Отлично. Тогда ночью я просто придвину тебя поближе к себе. Будем мучаться вместе.
Он подмигнул, шаг в сторону — и исчез в гостиной. А я осталась стоять посреди комнаты, глупо сжимая в руках мокрый купальник и пытаясь унять взлетевший пульс.
Следующие два дня Юлька заставила нас жить под девизом «мы обязаны запомнить этот отпуск».
Атмосфера в доме окончательно скатилась в какой-то лагерь для гиперактивных взрослых, где каждый развлекался как мог. Стас, например, окончательно поверил в то, что наш арендованный Jeep Gladiator — это его законный боевой конь. В один из дней он умудрился завезти нас на такую глухую горную тропу, где даже редкие лигурийские козы смотрели на внедорожник с явным сочувствием.
— Стасян, если мы тут застрянем, я скормлю тебя чайкам, — меланхолично обещала Лена с заднего сиденья, поправляя безупречный маникюр.
— Спокойно, женщина, я контролирую лошадиные силы! — орал Стас, пока машина штурмовала очередной валун, а подвеска жалобно скрипела.
Игорь в это время азартно копался в радио, пытаясь настроить местный итальянский рэп, а мы с Глебом на заднем сиденье… просто пытались выжить. И каждый раз, когда джип подбрасывало на кочках, Самойлов совершенно «случайно» ловил меня за талию, прижимая к своему боку.
— Рефлексы, Проблемная, — невозмутимо шептал он мне на ухо, пока я пыталась вернуть себе личные границы. — Чисто из соображений техники безопасности.
— Твоя безопасность сейчас пострадает первой, Самойлов, — ворчала я, но руку с его плеча почему-то не убирала, пока Стас не выровнял джип на асфальте.
К середине второй недели мы все достигли высшей стадии отпускного просветления. Лена окончательно забросила свой рабочий ноутбук, заявив, что здесь слишком много солнца для её депрессивных годовых отчётов. Игорь со Стасом пошли еще дальше и заключили пари, кто быстрее доплывет до дальнего буйка на надувном розовом фламинго. Юлька, естественно, вела прямую трансляцию в соцсети, комментируя этот заплыв века со страстью спортивного комментатора на финале Олимпийских игр.