— Спишь на полу!
В воздухе повисла звенящая пауза. Было слышно только, как в коридоре с глухим стуком закрылась дверь спальни. Я сидела, уставившись в одну точку и чувствовала, как к щекам приливает дурацкий румянец. Опять. Ну как можно было так глупо подставиться?
Юлька деликатно покашляла, со стуком поставила чашку на стол и посмотрела на меня с сочувствием, смешанным с легким ужасом.
— Ну, подруга… — протянула она шепотом. — Поздравляю. Твой «курортный роман» только что официально объявил тебе войну.
— Да плевать мне, — буркнула я, упрямо сжав зубы, хотя внутри всё горело от злости на саму себя. — Пусть объявляет что хочет.
Я резко поднялась со стула и уверенным шагом направилась в его спальню. Перспектива спать на полу после суток в дороге меня, мягко говоря, не вдохновляла. Да и с какой стати?
Глеб уже лежал на самой середине кровати, закинув руки за голову и закрыв глаза. Всем своим видом демонстрировал абсолютное, ледяное равнодушие.
— Чего ты обижаешься? — с порога пошла я в атаку, останавливаясь у матраса. — Я правду сказала! Как будто ты сам этого не знал!
Самойлов даже веком не повел. Ноль реакции.
Я разозлилась ещё сильнее, шагнула ближе и уперлась ладонями в его плечо, пытаясь бесцеремонно подвинуть этого каменного истукана, чтобы выбить себе хоть немного места. Но Глеб, не открывая глаз, выставил вперед жесткую, как шлагбаум, руку, блокируя любые мои маневры.
61. Завтрак с огоньком
ГЛАВА 61
Завтрак с огоньком
УЛЬЯНА
Утро встретило нас слепящим солнцем, которое беззастенчиво пробивалось сквозь панорамное остекление балкона. Я проснулся первым от того, что затекло плечо, на котором по-прежнему уютно устроилась Кирьянова. Она уткнулась носом мне в ключицу и тихо сопела, полностью растеряв всю свою ночную воинственность.
В таком виде — растрепанная, сонная, беззащитная — она совсем не вязалась с той колючкой, которая вчера нагло грабила мою спальню. Я осторожно, чтобы не разбудить, убрал упавшую ей на лицо прядь волос. До конца её «отпуска» оставались сутки с небольшим, и мысль о том, что сегодня эта девчонка соберет вещи и исчезнет из моей жизни, вернувшись в свой привычный мир, отозвалась внутри глухим раздражением. Я аккуратно высвободил руку, переложил голову Ульяны на подушку и поднялся с ковра. Направился прямиком к кофемашине, нажал на кнопку запуска и скрылся в ванной.
В 7 утра я стояла на его московской кухне и спокойно готовила завтрак, стараясь не думать о том, что скоро поезд и снова затянет в свой круговорот рабочая суета будних дней.
Из ванной вышел Глеб — с влажными, взъерошенными волосами, шлейфом чистоты и мужского мятного геля. И, разумеется, в своем излюбленном виде. Из всего гардероба на нем были только черные боксеры, весьма красноречиво подчеркивающие его рельеф эмм… бёдер. Он спокойно подошел к чайнику, достал какие-то специи и без лишних слов начал помогать, ввинчиваясь в мое личное пространство с пугающей, собственнической уверенностью.
— Будешь чай или кофе? — спросил он, даже не глядя на меня.
— Я пью чай только с лимоном, — сухо отозвалась я, пытаясь держать дистанцию.