Без своего вчерашнего боевого раскраса, без каблуков, в огромной футболке с Бемби на груди, которая была размера на три больше нужного – трикотаж свободно висел на её хрупких плечах, а светлые волосы беспорядочно падали на плечи.
Она выглядела настолько домашней, сонной и мелкой, что я на секунду вообще не связал её с той девушкой в ярко-жёлтом платье из ночного бара. Кирьянова замерла посреди гостиной, наткнувшись на наш консилиум. Потом медленно, настороженно перевела взгляд на меня. На кухне уже откровенно начинали давиться смехом.
– Доброе утро, – осторожно сказала она.
Юлька резко расплылась в улыбке.
– О-о-о… Бемби проснулась.
Стас не выдержал и согнулся пополам, хрюкая в кулак.
– Нет, ну это лавстори года. Ночью роковая женщина Италии, утром – ребёнок из мультика.
– Я сейчас уйду обратно спать, – мрачно предупредила она.
– Вместе с Глебом? – Стас был в ударе.
Кирьянова беспомощно прикрыла глаза ладонью.
– Как же я вас всех ненавижу.
– А ночью всё выглядело куда романтичнее, – довольно вставил свои пять копеек Игорь, подмигивая мне.
И вот тут она впервые за утро покраснела.
Резко развернулась и скрылась в комнате под дружный ржач остальных. Я молча забрал кружку с чаем и ушёл от них подальше, на диван, надеясь спасти остатки здравого смысла. За спиной всё ещё самозабвенно издевались.
– Нет, я всё-таки требую подробностей, – не унималась Юля.
– Каких подробностей? – не оборачиваясь, я сделал глоток. – Человек наступил на камень. Кровь. Боль. Конец истории.
– Ага. А потом ты полночи нёс этот «камень» на руках, – поддакнул Стас, за что тут же получил от меня тяжёлый взгляд.
– Стас, заткнись.
– Не могу. Это слишком редкий контент.
Я откинул голову на кожаную спинку дивана и прикрыл глаза. Внутри всё глухо гудело от раздражения. Оставалось только надеяться, что эти гиены скоро разбредутся кто куда, и я смогу хотя бы нормально приготовить себе завтрак в тишине.
На кухне тем временем что-то грохнуло.
– Ай!
– Лен, ты что там опять уронила? – заржал Игорь.
– Ничего!
– А судя по звуку – кухню.
Я невольно усмехнулся прямо в кружку, чувствуя, как абсурд этого утра начинает забавлять. И тут мой взгляд зацепился за что-то странное под журнальным столиком возле дивана.
Точнее – за мой фирменный бумажный пакет, который я позавчера оставил тут после шопинга. Пакет выглядел… зловеще. Плотное крафтовое дно насквозь пропиталось чем-то багрово-тёмным, высохшим и покоробившимся. Я нахмурился, наклонился и вытащил его наружу.
16. Проблема №6
В комнату влетел Глеб.
Не просто раздражённый. По-настоящему разъярённый.
Он с глухим, тяжёлым ударом швырнул на кровать крафтовый бумажный пакет и мрачно выдохнул сквозь зубы:
– Проблемная, ты серьёзно?!
Я испуганно уставилась сначала на него, потом на несчастную упаковку. Извилины после сонного утра ещё не успели перестроиться в режим жёсткой обороны, и внутри шевельнулся самый настоящий страх. Глеб сейчас казался огромным и пугающим.
– Что… что случилось? – попятилась я к подушкам.
– Ты пила вино на моём диване?! – его голос вибрировал от опасного, низкого гула.