Так почему же, несмотря на все обилие данных, ЗГТ по-прежнему в эпицентре страха и неопределенности?
Можно проследить эти настроения до Инициативы во имя здоровья женщин (WHI) и драматических событий, развернувшихся в 2002–2003 годах. Я работала в национальной организации по проблемам рака груди, когда нас ошеломили новости о WHI. Организаторы объявили, что по соображениям безопасности останавливают все исследования, относящиеся к направлению применения эстрогена с прогестином. По-видимому, из-за этой комбинированной ЗГТ вырос риск рака груди, сердечных заболеваний, инсульта и тромбообразования.
Исследователи и статистики сразу же указали, что риск сильно преувеличен и в исходной статье есть ошибки. Но по вполне понятным причинам известие привлекло пристальное внимание СМИ. Женщинам, участвующим в испытании, слали письма с призывами выйти из него, врачам досаждали звонками взволнованные пациентки. Многие врачи порекомендовали своим пациенткам прекратить ЗГТ, и по разным оценкам, во всем мире от нее отказались от 50 до 80 % женщин.
В 2003 году появилось сообщение, что комбинированная ЗГТ увеличивает риск деменции у женщин в постменопаузе старше 65 лет259 . Позднее в 2003 году руководители Исследования миллиона женщин выступили в журнале Lancet с отчетом, утверждая, что применение ЗГТ увеличивает заболеваемость раком груди260 . Помню, как руководитель моей организации целыми днями отвечала на звонки и давала интервью представителям прессы у себя в кабинете, который выглядел как «командный пункт войны за ЗГТ».
Все 15 лет после сигнала тревоги исследовательские группы продолжали собирать и анализировать данные. Теперь у нас более определенные представления о риске и преимуществах.
Основная проблема с исследованием WHI заключалась в том, что средний возраст женщин при входе в испытание составлял 63 года; лишь 10 % женщин начали терапию в возрасте моложе 55 лет. Теперь мы понимаем, что влияние ЗГТ варьируется в зависимости от возраста, в котором ее применяют. Большинство женщин в исследовании WHI были просто слишком старыми, чтобы без опасений начинать ЗГТ.
С тех пор мы узнали, что существует критический период для начала ЗГТ и он заканчивается в пределах нескольких лет после последних месячных конкретной женщины. ЗГТ можно принимать без опасений, но только если лечение начинается в критический период, когда женщины молоды; в идеале – с первым появлением симптомов. Если женщины старшего возраста начинают лечение через десятилетие после менопаузы, риск ЗГТ действительно перевешивает преимущества251 .
Другими словами, время определяет все.
Исследования также показали, что не существует единого, пригодного для всех и каждого подхода к ЗГТ. Вместо этого решения о типе, дозе, составе, способе применения и продолжительности использования должны приниматься с учетом риска для здоровья конкретной женщины, ее возраста или времени, прошедшего после менопаузы, а также целей терапии. От давнего общего совета «принимайте наименьшую дозу в течение кратчайшего периода» пришлось отказаться.