Профессору Саре-Джейн Блейкмор, нейробиологу из Университетского колледжа Лондона, принадлежит честь создания такой дисциплины, как подростковое развитие мозга. Кроме того, она продемонстрировала, что подростковый возраст – период поразительной пластичности и восприимчивости к социальному и учебному опыту.
С помощью фМРТ Блейкмор сравнила, как реагирует на неприятие среды социальный мозг девочек-подростков и взрослых женщин. В одном исследовании с применением Cyberball, в котором участвовало 19 девочек в возрасте 14–16 лет и 16 взрослых женщин, девочек социальная изоляция обеспокоила гораздо сильнее, чем женщин. Неспособность подростков регулировать свой стресс отражается на их мозге. В области социального мозга, регулирующей негативные чувства, – левой вентролатеральной зоне ПФК – нейронная активность у подростков ниже, чем у взрослых. Блейкмор предполагает, что «повышенная восприимчивость к неприятию среды у подростков может объясняться сниженной регуляцией социальных стрессовых переживаний»108 .
Подростковый мозг подготовлен к тому, чтобы любить то же, что нравится друзьям, в том числе музыку. В статье под названием «Нейронные механизмы влияния популярности на оценку подростками музыки» группа ученых из Университета Эмори описывает опыт применения фМРТ для сканирования мозга 22 участников в возрасте 12–17 лет. Все они при этом слушали музыку и выставляли оценки в зависимости от того, насколько им нравилась каждая песня. Слушая композицию в первый раз, подростки не знали, насколько она популярна. Во второй раз им говорили о рейтинге песни и давали возможность при желании изменить оценку. Как и следовало ожидать, на тинейджеров заметно влияла популярность музыки. Они часто меняли оценку, если им представляли песню как хит, и равнялись на чужой выбор.
Сканирование с фМРТ показало, что области мозга, ассоциирующиеся с тревожными и негативными эмоциями, активизировались, когда подростки понимали, что музыка, которая им нравится, не пользуется популярностью. Авторы исследования назвали это явление «тревожностью несоответствия». Потребность подростков «соответствовать и вписываться» отчасти обусловлена социальной тревожностью, которую они испытывают в случае неприятия окружающими. Когда подростки меняли оценку, чтобы она совпадала с мнением их сверстников, тревожность рассеивалась109 .
Почему неприятие так больно ранит?
Когда нас отвергают, мы говорим об этом, используя выражения вроде «ранить чувства», «разбитое сердце», «жестокий удар». Потеря того, кого мы любим, – почти наверняка одно из самых нестерпимо мучительных жизненных испытаний. Почему негативный социальный опыт оказывается настолько болезненным?
Есть гипотеза, что физическая и социальная боль пользуются схожими нейронными цепочками. Логично, что угроза социальным связям, или ощущение исключенности, подает такой же болевой сигнал, как угроза физическая. Способность вписаться в племя подобна выживанию. Эта гипотеза подтвердилась в исследованиях с применением фМРТ и наблюдениях, согласно которым социальная поддержка способна уменьшать физическую боль110 .