Чистый, неподдельный ужас.
Игназ резко просела вниз, из ее глотки вырвался испуганный клекот. Ее крылья переломились посередине, словно она пыталась взлететь сквозь густой песок. Насиба мотала головой из стороны в сторону, пьяно заваливаясь в воздухе.
— Что происходит? — закричала я, подаваясь вперед, пока Игназ неслась прямо к верхушкам деревьев. — Что с ней?
И наконец, когда китмиры камнем устремились к лесу, Арин выкрикнул:
— Держись! — Стальной, властный тон, не терпящий возражений — голос командира Низала. — Мираях высасывает магию китмиров!
Мираях?!
Мы рухнули вниз.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ. СИЛЬВИЯ
Я закашлялась и пришла в себя. Перевернувшись на бок, судорожно извергла из горла воду. В висках пульсировала стучащая боль. Всё тело вибрировало и колотилось, точно раскачанный колокол.
Как только получилось вздохнуть, я отползла подальше от накатывающих на ноги волн. Подняв руку, зажмурилась от солнца.
Погодите. Солнце? Только что я летела сквозь тучи с Арином и китмирами, и там не было ни намека на солнце. К тому же для этого времени года здесь было слишком ясно и пекло чересчур сильно.
— Арин! — позвала я, покачиваясь и выбираясь из воды.
Почему я на морском побережье? Ближайший берег Моря Сухна находился в Джасаде, за сотни миль отсюда. Вопросы нетерпеливо колотили кулаками по черепу изнутри.
— Насиба, Игназ!
Я резко повернулась к морю. Сердце бешено забилось, пока я сканировала взглядом бескрайнюю синеву. Волны, неестественно теплые, захлестывали ноги. Когда мы падали, его нога всё еще была привязана. Что, если он не успел вовремя освободиться?
— Арин! — закричала я, убирая с лица пряди промокших волос.
Я попыталась дотянуться до магии, но ее нигде не было. Не то чтобы она игнорировала меня или выжидала момент — она просто исчезла. Я вообще ее не чувствовала.
— Твой спутник ушел.
Я замерла. Не оборачиваясь, скользнула пальцами за пояс и вытащила кинжал.
— Ну-ну. Если ты убьешь меня, кто поможет тебе сбежать? — раздался певучий голос. — Неужели тебе не хочется узнать, как покинуть Мираях?
Я резко развернулась, высоко задрав лезвие и пригнув колено для прыжка.
Зубы сжались с глухим стуком. Тварь приняла общие очертания мужчины, но была бесконечно далека от человека. Над толстой шеей располагались черты лица, вылепленные на редкость бездарно: бесцветные глаза, курносый нос, тонкий рот. Из-за лени или бессилия создатель отказался от более мелких деталей — бровей, впадин под глазами и переносицы.
Впрочем, какое значение имеют детали, если ты можешь сбросить кожу между вздохами?
— Духат, — я крепче сжала рукоять кинжала. — Это ты сбежал из Изгиба Галима.
— Джасадка, — огрызнулся духат. — Полагаю, та самая джасадка, из-за которой все подняли такой шум.
— Ты сказал, что видел, как ушел мой спутник. Куда?
Духат пожал плечами и указал дальше вдоль береговой линии.
— Он рухнул в воду где-то там, потом долго ходил взад-вперед, выкрикивал какое-то имя и всматривался в волны. Я не понимал, что он ищет, пока тебя не вынесло на песок. Эссия, надо полагать? Бедняга довольно сильно ранен. Не представляю, как он выберется отсюда до того, как его найдет кто-то другой.